Тёмное княжество

Завидев князя, они положили инструменты и с довольными улыбками стали сбегаться в круг.

Бреслав, гордо выпрямившись в седле, подождал, пока все соберутся, а затем картинно поднял коня на дыбы.

-Ну что, мужики, как думаете? Сдюжим?

-Сдюжим, княже! – послышались одобрительные возгласы. – Пусть только сунутся!

-Стойте намертво! Помните о долге перед князем! Об избах с детьми и бабами там, за вашей спиной! – он махнул рукой на запад. – Нихонцы не знают жалости, сострадания, благородства. Они не имеют духа, которым каждого из нас наделил Хорас.

Они не чувствуют, не мыслят, лишь выполняют команды. Они как насекомые. Поэтому бейте их тоже без жалости, как можно больше. И если мы не выстоим, они уничтожат нас всех.

-Выстоим! Не волнуйся, князь!

-Нам бы еще рук подкинуть, - послышался голос со стороны.

Князь обернулся и увидел стоящего за пределами круга дружинника, опершегося на деревянную лопату. Судя по налету седины и шрамам на лице, повидал он немало.

-Ты не согласен со своими товарищами? – строго спросил князь.

– Думаешь, что не удержите переправу?

Он встретил взгляд князя спокойно.

-Ну мы… эт самое… сраму не покажем. Но и у нихошек кой-чего в головешках есть. Они скумекают, что сюда надо давить. Так что это… на всякий случай, князь, прислал бы ты нам еще пару сотен молодцев…

Князь помолчал, обдумывая ответ.

-Вижу, в тебе говорит опыт. Ты прав. Я пришлю вам подмогу. Главное, держитесь до конца.

Дружинник кивнул и налег на лопату.

Обратно в лагерь князь возвращался в дурном настроении.

Он давно уже превратил все чувства внутри себя в камень. У него не может хороших или плохих поступков, есть лишь полезные и вредные для дела. Польза для государства, для княжеского рода – единственный ориентир. Князь научился думать только об этом, и ничто более его не сбивало его с ровного внутреннего настроя, холодного и собранного.

Но этот дерзкий дружинник все же сумел. Он вынудил князя на прямую ложь, и эта ложь отличалась от придворных интриг.

Там, в тереме, ему приходилось лгать таким же изощренным лжецам, как и он сам. Сейчас же он дал слово простым и наивным людям, лично преданным ему, как верные псы. Обмануть собаку всегда больнее, чем человека, и это князь понял еще в детстве.

Усилием воли князь заглушил внутреннее недовольство и пришпорил коня.

Вдруг над ним мелькнула какая-то тень. Князь поднял взгляд к солнцу и ощутил, как внутри все неприятно сжалось.