Облик Воина

Время от времени кожу обдувают порывы сухого горячего ветра, и это удивительно – ведь солнце за спиной почти не греет, точно ранним утром. Но сейчас время явно близится к полудню, и тень под ногами не длиннее двух шагов.

Обернувшись, Тогон видит это солнце. Оно, громадное и багровое, точно вплавлено в глубокое тёмно-фиолетовое небо. В его лучах едва заметно серебрятся тонкие, как паутинка, облака. Где-то далеко-далеко горизонт горбится рядом пологих холмов с округлыми вершинами. На одном из них острый взгляд Воина различает несколько высоких пирамидальных деревьев с серебристо-фиолетовой листвой.

Пейзаж странный, но не страшный. Чем дольше Тогон смотрит вокруг, тем ближе и привычнее становится для него эта неизвестная, но не чужая земля. «Я был здесь когда-то», – мелькает в сознании, и это даже не мысль – это знание.

Шорох заставляет его обернуться. Так шуршит трава под ногами человека.

Тот, кто стоит рядом – не совсем человек. Гребень на безволосой голове, большие глаза, тёмно-фиолетовые, как это небо, маленький курносый нос.

Зортан. Чужак. Уничтожить!!! Все боевые рефлексы требуют моментального действия. Тогон безоружен, но слабая плоть легко распадётся под стальной рукой Воина.

Тогон не шевелится.

Зортан подходит ближе, края его длинного зелёного одеяния шуршат по траве. Он смотрит в лицо Тогону и молчит. Маленькое скуластое лицо непроницаемо. Неожиданно для самого себя Тогон сгибает спину в поклоне и видит ответный поклон чужака.

– Здравствуй, – произносят губы Тогона. – Да хранит тебя небо.

– И ты здравствуй, странник, – отвечает зортан, и голос его звучит мягко и мелодично. Он не кажется старым, но Тогон знает, что зортан древен, как эта земля. – Давно никто из твоего народа не приходил сюда, и даже ты забыл дорогу ко мне. Но наступило время, и ты здесь, Страж.

«Страж? Я же Воин!». Но мысли Тогона сейчас не имеют никакого отношения к тому, что происходит. Да и он ли это стоит здесь, под небом, тёмным даже в полдень?

– Я пришёл, чтобы попрощаться, Аше-цу, – Тот, чьё тело занимает Тогон, вздыхает.

– Кроме меня, здесь больше нет уларов. Скоро и я уйду, закрыв за собой дверь. Увидимся ли мы в новом мире?

– Почти наверняка – нет, – качает головой зортан. – Когда уйдёшь ты, пути назад для уларов не будет. Едва ли я когда-нибудь решусь последовать за вами в вашу страну. Как вы её назвали?

– Шоулар, – Родное название кажется чужим и холодным. – Страна уларов.

– Вы сами выбрали свой путь, – Аше-цу улыбается, и улыбка его полна грустной мудрости.