Этот мир не выдержит меня. Том 4

Лик-тики понимал, что время играет на его стороне, и не спешил начинать разговор.

А вот мне нужно было торопиться — рана на боку потихоньку сочилась кровью. Совсем чуть-чуть, но даже такая мелочь вытягивала остатки сил. Учитывая, что организм и без того работал на износ, всё это могло закончиться очень печально.

Поэтому я улыбнулся и, сопроводив слова лёгким кивком, негромко произнёс:

— Говори.

Лэйла издевательски хихикнула. Ноздри Лик-тики раздулись от гнева. Он понял, что его только что поставили на место слуги, которому господин, наконец, разрешил открыть рот.

Моя улыбка стала чуть шире — это ещё сильнее выбесило лидера морфанов. Замечательно. Нестабильное эмоциональное состояние значительно снижает концентрацию, а это как раз то, что мне было нужно.

— Ты совершил недопустимое, челоувек Феликс, — произнёс через мгновение Лик-тики, с трудом подавив свой гнев. — Ты нарушил правила поединка.

Он указал на камешки, оставшиеся от того валуна, который Усач притащил на бой в своей безразмерной утробе.

Я ничего не ответил.

Только обратил внимание, что у моего собеседника опять практически исчез акцент. А это означало ровно одно — он хорошо владел собой, и мне стоило исправить столь досадную оплошность как можно быстрее.

— Ты признаёшь свою вину, челоувек Феликс? — спросил Лик-тики, выждав пару секунд.

Лидер морфанов прекрасно знал: лучшая защита — это нападение. Он хотел, чтобы я начал спорить, говорить, что ни о каких правилах речи не шло и что никакой вины за мной нет... Но всё это не имело ни малейшего смысла.

Я должен сам диктовать условия, а не следовать чужому сценарию.

— Ты признаёшь свою вину, челоувек Феликс? — настойчиво повторил мой собеседник.

— Признаю, — спокойно ответил я.

Глаза Лик-тики расширились от удивления. Он ожидал чего угодно, но только не этого.

— Признаёшь? — переспросил Лик-тики. Похоже, он никак не мог поверить своим ушам.

Я кивнул.

Удивление в глазах моего собеседника сменилось непониманием. Слишком уж легко я согласился с предъявленным обвинением.

И это, очевидно, не вписывалось в планы Лик-тики.

— Раз ты признаёшь свою вину, челоувек Феликс, — медленно, с неуверенностью в голосе, начал говорить он, — то поудземный народ позволит тебе уйти... Но остальные станут нашей добычей.

— Эй, дылда, ты чего придумал-то?? — заволновалась Лэйла. Ей явно не понравилось услышанное. — Маленький, ты же не бросишь меня с этими уродцами???

Услышав слова девушки, Лик-тики недовольно поморщился.

Я едва заметно усмехнулся.