Этот мир не выдержит меня. Том 4

Стратегия, которую выбрал лидер морфанов, имела право на жизнь. Всё верно: сперва указать на проступок, а затем благородно простить его, потребовав «небольшой» штраф... Трудно устоять перед таким потрясающим великодушием.

Будь на моём месте кто-нибудь другой, всё могло бы выгореть. Но сегодня Лик-тики не повезло.

Я качнул головой. Стоило хотя бы немного наступить на горло собственной песне и всё — никто меня отсюда уже не выпустит. Несмотря на любые слова и обещания.

— Правильно, маленький! — с облегчением выдохнула Лэйла.

— Пусть уродцы голодают!

На этот раз Лик-тики никак не отреагировал на оскорбление. Его глаза радостно загорелись. Он решил, что наконец-то добился своего — вынудил меня проявить неповиновение и тем самым обострить ситуацию до прямого конфликта.

— Ты отказываешься подчиниться воле поудземноугоу народа, челоувек Феликс??

— Мои бойцы уйдут вместе со мной, — я оставил вопрос без внимания. — И ты лично проводишь нас до самого выхода на поверхность...

Лик-тики прищурился.

Моя дерзость всё больше нервировала его. Он чувствовал, что есть какой-то подвох, однако не понимал, в чём именно тот заключается. Пока не понимал.

— Ну а чтобы закрепить нашу и без того крепкую дружбу, — продолжил я, — ты подаришь мне кое-что...

Мои слова развеселили охотников, которые так и стояли вдоль границы арены. Их квакающий смех пробежался по залу. Лэйла, разумеется, поддержала подземных обитателей своим визгливым хохотом.

Даже телохранители улыбнулись и заметно расслабились.

Им стало трудно воспринимать как серьёзную угрозу того, кто несёт явную чушь. Непрофессионалы сразу видно. Настоящие спецы в такой ситуации, наоборот, удвоили бы бдительность.

В общем, смеялись все... Все, кроме Лик-тики — мои слова и хохот подчинённых окончательно вывели его из себя.

Лидер морфанов налился желтизной, прищурился и зашипел:

— Я моугу поударить тебе тоулькоу доулгую, мучительную смерть, челоувек Феликс! Твои поутроуха соужрёт мой защитник, а из твоей гоулоувы я сделаю себе кубоук!

Проявившийся вновь акцент, недвусмысленно намекал, что «клиент» полностью утратил контроль.

Так оно и оказалось — Лик-тики растолкал телохранителей и подался вперёд, выпучив горящие ненавистью глаза.

— Сомневаюсь, — негромко произнёс я.

Смех тут же затих. Даже Лэйла перестала заливаться хохотом. Зал погрузился в тишину.

— Поучему этоу? — со злобой выплюнул Лик-тики.

— Потому что я собираюсь нарушить правила ещё раз...

Я щёлкнул пальцами.