Пепел перемен, Том 4: Ни богов, ни королей

– Разве я не имею права судить и казнить?

– Лорд Драконьей долины, конечно, имеет право на это, но…

– Госпожа Морнераль, – мальчик остановился, чем немало удивил женщину, – этот человек держал в ужасе весь наш приют. Мы видели его даже во сне, и многие просыпались, обмочившись. Я не хочу, чтобы такое происходило… В моих землях.

– Понимаю, Делвин, но правосудие – очень тонкая материя. Тебе ещё многому предстоит научиться, и чем раньше ты сядешь за книги, тем лучше. И пообещай, что впредь будешь прислушиваться к моим словам.

– Да, госпожа Морнераль, – кивнул Делвин. – Я обещаю.

Весь оставшийся день мальчик был в приподнятом настроении. Его не покидало чувство, что он сделал нечто хорошее. Узнав о случившемся, Клариса попросила рассказать ей всё.

– Вы поступили хорошо, Делвин. Я верю, вы станете прекрасным лордом. А теперь пора спать.

Мальчик-сирота из приюта «Тёплый очаг» лежал в собственных покоях в Пламенном замке под звуки ночных птиц. Впервые за долгое время Проныра-Делвин не боялся услышать стука копыт, который прежде чудился ему даже в этих стенах.

Засыпая, он услышал рёв неизвестного зверя, раздавшийся где-то далеко-далеко. Делвин вспомнил о прочитанном в книге. «Чудится драконий рык, – подумал мальчик, погружаясь в сон. – Это потому что я – Рейнар…»

Глава 3

Таринор, Тогмур и Иггмур пробрались через Тимбермарк тайно. Они двигались по окольным трактам или через маленькие рощицы, чтобы привлекать как можно меньше внимания, но всё же изредка натыкались на подозрительные взгляды случайных путников.

К счастью, в основном взгляды эти были направлены на младшего из братьев, а потому наёмник надеялся, что люди скорее запомнят, какой Иггмур огромный, чем то, что он был одет как северянин.

Припасы из Грарстенна значительно поредели, ещё когда путники попали к эльфам. Теперь же, когда они покинули лес, сумка, что здоровяк Иггмур неизменно нёс на плечах, и вовсе почти опустела, так что волей-неволей пришлось искать пропитание. К счастью, наёмник неплохо знал эти места.

Он ставил ловушки на кроликов, собирал ягоды и грибы, с улыбкой вспоминая о Драме. Братья же, не столь знакомые с южной природой, в это время искали хворост или следили за огнём.

И вот, спустя неделю после того, как путники вырвались из Северной пущи, они оказались у Мучных ворот столицы… где стража велела им проваливать, презрительно оглядев с ног до головы.

– Беженцев третьего дня велено за стены не пущать, – буркнул небритый мужик с алебардой.