Сага о двух хёвдингах

– Эмануэль, пустишь его ненадолго?

– Нет, – каркнул жрец. – Не пущу.

– Это почему? Неужто совсем нельзя отлучиться? На месяцок хотя бы.

– Я и так нарушил запрет, приведя Тулле сюда. Да еще ты то и дело тянешь его за нити, не даешь забыть о мире. Чтобы стать жрецом, нужно все нити с людьми оборвать.

Тулле вздохнул:

– Так ведь я в жрецы не просился. Но Эмануэль прав, сейчас мне никак нельзя уходить.

– Да что станется-то? – разозлился я. – Ну, потом чуть дольше в горах просидишь.

Друг усмехнулся, протянул руку и ухватил меня за предплечье.

– Смотри! – сказал он и сжал пальцы сильнее.

Сначала я услышал неровный перестук бодрана, ему начал вторить другой, попервости они будто спорили друг с другом, а потом замирились, и их звучание слилось воедино. И мир вокруг переменился в мгновение ока. Небо потемнело, и всё затянуло густой паутиной. Липкие дрожащие нити были повсюду, проходили сквозь людей, выползали из глаз и ушей. Я оглянулся и замер. Неподалеку стоял кто-то, густо пропитанный пустотой. Он был настолько чуждым, что ощущался как дыра, а не как то, что можно потрогать.

Краем глаза я приметил черную молнию, глянул туда и понял, что это отголоски Бездны далеко на северо-востоке. Земли Гейра.

– Хватит! – раздался голос Эмануэля.

Тулле убрал руку, и вокруг снова возник привычный мир с голубым небом, без паутины и черных молний. А на месте пустого человека стоял Живодер, обычный и совсем не пугающий.

– Он…

– Да. Он уже не совсем человек.

– Ты всё время видишь вот такое? Или когда захочешь?

– Кто ж захочет такое видеть? Я хочу вернуть обычное зрение, но пока не выходит.

Если не смогу, то…

– Хватит! – повторил Эмануэль. – Ни к чему почитателям Фомрира знать об этом. Повидался с другом, и будет. Пора возвращаться.

Тулле кивнул, попрощался с ульверами и ушел вслед за Эмануэлем. И хотя их было двое, они выглядели очень одинокими, будто шли по разным дорогам. Хорошо, хоть у Тулле был я, а у меня – дар, что позволяет связывать ульверов воедино.

На третье утро мы должны были отплыть.

Торговец будет ждать нас неподалеку от Хандельсби, в оговоренном месте, и затягивать не стоит, если мы и впрямь хотим вернуться до зимы. Так что я не стал пытать Фридюр, что у нее за блажь, ночью взял ее еще несколько раз, невзирая на холодность. Вернусь, вот тогда и выспрошу.

И едва рассвело, мы отплыли из Сторбаша. Лето заканчивалось, по утрам уже изрядно тянуло холодком, так что мы закутались в плащи, но быстро их посбрасывали, разогревшись на веслах.