Цитадель

Пущенный по ее следам знаменитый Охотник Логан ищет или даже преследует ее уже несколько недель, но, в принципе, результата нет. О чем это говорит?

— Пожалуй, о ее невероятной везучести.

— Я не верю в случай, Гелен, ты должен это знать. Если кто-то проявляет чудеса живучести, изворотливости и удачливости — это чертовски опасная тварь. И ее нельзя недооценивать. И если она поняла, что за ней началась охота... Если она учуяла Логана, Проклятого, как ты думаешь, что она будет делать? С ее живучестью, изворотливостью и удачливостью?

— Кажется, я начинаю понимать, — закивал Гелен.

— Она нагрянет сюда! Так значит, ее главной целью...

— Да, друг мой. И когда она метнется сюда, за ней придут Логан и Проклятый. Понимаешь, что может произойти? Поэтому ты нужен мне здесь. Ты ведь, считай, единственный у меня, кто умеет не только мечом махать.

— Не особо-то пользы от меня, — несколько смущенно отозвался барон. — Ты сам все придумываешь.

— Неважно, кто придумывает. Если ты окружил себя дуболомами… Да, можно сколотить банду, можно даже получить баронский патент, но, если тебя окружают идиоты, выше головы не прыгнуть.

С дураками империю не построишь. А мне нужно больше, Гелен, ты знаешь меня. Мне нужно значительно больше. Когда мы закончим с этой демоницей, и рассчитаемся с этими Охотниками, кое-что изменится, мой друг. Грядут перемены. Серьезные перемены. Поэтому мне нужны умные. Поэтому мне нужен ты.

Барон улыбнулся, явно довольный похвалой. Граф же отвернулся к окну, пряча усмешку. Была еще одна причина, из-за которой Гелен был ему нужен.

Главная и основная причина. Но о ней барон не должен знать ничего.

3

Гелен спускался по лестнице в смешанных чувствах. Сквозь пену недовольства, что он так старательно взбивал во время разговора с графом, все явственней проступало облегчение. Как ни горько было это признавать, барон не очень-то хотел возвращаться домой.

Он запустил руку за пазуху, вытащил небольшой медальон и щелкнул крышкой, открыв свадебный портрет Гелена и Изабеллы.

Они смотрели друг другу в глаза и выглядели невероятно счастливыми. Встроенный в медальон музыкальный механизм заиграл мелодию, звучавшую на свадьбе. Барон мог слушать ее часами. День свадьбы, наверное, был лучший день в его жизни. Ни до, ни после он испытывал большей радости, чем в тот день.

Гелен вздохнул. Когда же все началось? Когда он понял, что влюблен в Изабеллу? Нежно, трепетно, безнадежно… Мальчиком? Юношей? Он уже и не помнил. Наверное, он любил ее всегда.