Печать Тьмы

Грей, понимая, к чему может привести его отчаянная дерзость, крикнул:

- Я ее покупаю, стойте, я ведь могу ее выкупить, - Грей вспомнил, что можно выкупить из-под казни любого хорна, однако цена была высока - искупить вину человека собственной кровью.

Времени оставалось очень мало, внутри молодого воина медленно сжимался комок липкого страха. Ему до жути не хотелось вмешиваться в жизнь непонятных и диковатых нелюдей, законы этого племени сильно различались с принятыми среди людей. Яростные шаманы старших кланов откровенно вводили в ужас многих правителей по всем сторонам света, где слышали об этом народе.

Во взгляде девушки читалось непонимание ситуации или слишком уж большое ее понимание. Однако в нем засветилась и надежда, пока еще робкая, потому как она знала, на что сейчас шел молодой человек.

- Человек, ты знаешь, на что ты идешь? – медленно произнес судья. - Если ты пьян, то я, так и быть, забуду об этом. Если же я не ослышался, тебя ждет суд старшего клана.

Скажу сразу, сейчас суд представляет клан Соркона, если для тебя это что-нибудь значит.

При этих словах по лицу девушки пробежала мрачная тень, она отчаянно уставилась на парня и попыталась крикнуть, чтобы он отказался, чтобы развернулся и ушел. Однако кусок тряпки крепко сидел у нее во рту, его заткнули еще тогда, когда она укусила одного из стражников. А из колодок было бесполезно пытаться выбраться.

В голове юноши табуном пронеслись сотни мыслей, на все голоса отговаривающих его от этого опрометчивого шага, однако он, упрямо мотнув аристократическим подбородком, отчетливо произнес:

– Да! Свидетельствую!

Ритуальная фраза была произнесена, протокол, к которому так щепетильно относились набольшие хорнов, тоже.

- Принято! – скупо и торжественно произнес судья.

Уголок его рта поднялся вверх в ехидной усмешке, видимо, это предписание редко имело практику.

Через два часа Грея доставили в белую часть города, в район, где целые кварталы принадлежали старшим семьям восточной части страны.

Здесь стояли на страже уже далеко не простые стражники, воины носили приметные родовые эмблемы личной гвардии старших кланов. Лучшие из лучших, специально обученных с раннего возраста воинов. Парня, не особо считаясь с приличием и манерами, доставили в мрачный и величественный дом клана Соркона, следом втолкнули в комнату для приемов и девушку с кляпом во рту и со стянутыми за спиной кожаными ремнями руками.