Последний из Цитадели

То, чего нет, невозможно повторить. А теперь мы знаем, что это возможно.

Собеседник Марвина распахнул окно. Звездное небо мягко обняло его силуэт, занавески колыхнуло ночным ветерком.

— Но этого мало.

— Нужно терпение.

— У меня ангельское терпение. Но время летит неумолимо. И я начинаю чувствовать страх. С каждом годом, с каждым днем все сильнее и сильнее.

— Я чувствую, что мы в одном шаге. В одном-единственном шаге.

— В одном? Сколько опытов ты уже провел?

Марвин поморщился.

— Кто как не ты знает, от чего мне пришлось отказаться? Я все отдал.

Отдал твоему отцу. Все отдал ради этого. Потому что не было и нет ничего важнее. Потому я положил на это всю свою жизнь. Да и не только свою. Поэтому я проведу опытов столько, сколько потребуется. Я распотрошу этих тварей столько, сколько будет нужно. Нужно будет сто, я распотрошу сто. Нужно будет тысячу — распотрошу тысячу. Ты ведь знаешь меня.

— Знаю. У тебя волчья хватка. Но и цель ведь… Нечто величайшее. Нечто невообразимое.

— Вообразимое.

Сейчас — вполне вообразимое. Были ли сомнения? Еще бы. Но теперь… Теперь меня не остановить.

4

Сколько лет уже, а он помнит этот разговор в деталях. Впрочем, Марвин помнил много всего. Нужного и ненужного. Полезного и бесполезного. Его память напоминала гигантский полузаброшенный склад. Склад, по которому можно бродить годами, то и дело натыкаясь на какие-то любопытные вещички. Столько знаний, столько навыков, вот только зачем и кому это нужно, если в затылок уже дышит смерть? И чего стоят все эти знания если они не могут решить главный вопрос в жизни?

Его воспоминания прервал застывший у входа капитан Хаггард, и Марвин приветливо помахал ему рукой.

Барон Хальвер имел далеко не самый высокий ранг в Ордене, но, очевидно, был неглупым человеком. Капитан, серый от пыли, устало пробирался между столиками, а Марвин уже знал – с чего беседа начнется и чем закончится.

— Рад тебя видеть, капитан.

Хаггард тяжело рухнул на стул, провел рукавом по лицу, оставляя грязные разводы.

— Наконец-то, – выдохнул он. – Здравствуйте, мэтр. Можете себе представить — три дня в седле?

— Как я тебя понимаю, — сочувствующе закивал Марвин. – Вот и я... С каждым прожитым годом все больше и больше ненавижу лошадей. А куда деваться, служба.

В его голосе обозначилась легкая ирония.

— Вы абсолютно правы, мэтр, она, проклятая, — капитан вздохнул. – Как вы понимаете — я здесь со срочным поручением от барона.

— Догадываюсь, капитан.