Отражения

Ланн собирался уже сказать, что вполне может дойти и сам, особенно если найдет какую-нибудь палку и, кстати, вон та отлично подойдет, но прикусил язык, как только Сайдири закинула его руку себе на плечо и обхватила за талию. Глупо отказываться от помощи, которой сам же попросил. К тому же, рука на талии гораздо лучше, чем нож у горла!

— Как ты меня нашел? — спросила она, уверенно сворачивая вправо с едва намеченной тропы. Надо полагать потому, что знала, где и сколько ловушек в ее угодьях.

Ланну оставалось только запоминать дорогу на случай, если придется вернуться.

— Легко, — неловко прыгая на здоровой ноге, сказал он. — Когда я жил с племенем, искал пропавших монгрелов в подземельях. И находил. В полной темноте и смертельной опасности.

Сайдири повернулась к нему и Ланн тут же пожалел, что залез в ловушку не той ногой. Если бы порезана была та, что покрыта чешуей, командор и шла бы с другой стороны, и этой беспомощной улыбки пойманного лжеца бы не видела.

— Сэм? — спросила она, выжидательно подняв бровь, и остановилась.

— Сэм.

Покачав головой и раздраженно вздохнув, Сайдири потянула его за собой снова, и Ланн едва не упал, пытаясь поспевать за ней на одной ноге.

— Когда-нибудь я откручу его ангельскую башку, — отвернувшись, прошипела она.

— Да за что?.. — она сказала «ангельскую»? — Что?!

Чем глубже в лес они заходили, тем гуще становилась растительность, и если Ланн хоть что-то понимал в северной природе, это неестественно.

Кто-то потратил очень много свитков друидского мастерства, чтобы замаскировать подход к своему порогу.

— Иомедай питает к моей жизни странный болезненный интерес, — вытащив его на свет после длинного тоннеля цепких веток, проговорила Сайдири. — Однажды она сказала мне, что отказаться от божественной силы так же трудно, как и принять ее. Возможно, она следит за мной, чтобы убедиться, что ее собственный выбор был еще не самым хреновым...

Разве это не лучший выбор, который командор только могла сделать? Разве он сам и половина ее соратников не просили ее об этом? Разве она не осталась жива благодаря этому решению?

— Ты.

.. — он сглотнул, — жалеешь?

— О том, что отказалась от божественных сил, выбрав жизнь наедине с собственной гордыней? — проговорила она, и в ее голосе проскользнула горькая ирония. — О том, что мои проблемы больше не решить щелчком пальцев? Пф, нет. Конечно, нет.