Отражения

Ну что же, этот способ шутить он отлично знал, вот только не знал, как реагировать, когда им пользуется кто-то, кроме него. Потому что всерьез смеяться над этим сложно, а сделать вид, что ты принял все за чистую монету — еще сложнее. Там, откуда он пришел, Сайдири всегда смеялась над его шутками, так что он был уверен, что это работает, но сейчас...

Ланн никогда не думал, что если командор откажется от своих сил, с ней случится что-то плохое. Воображение рисовало ему совершенно идиллистические картины, где ему всегда было место рядом с ней, где они проживали обычную человеческую жизнь.

Но никогда, никогда в его мечтах она не была несчастна!

Сайдири помогла ему перешагнуть через небольшой ручей: вода стекала с поросших мхом камней и пробивала дорогу дальше, пересекая небольшую поляну и вновь скрываясь где-то в траве. Вход в пещеру чернел в нескольких метрах.

— Не подходи к нему больше, — после долгой паузы проронила она.

— Что? — в своих размышлениях он уже ушел слишком далеко от ангела, так что не сразу понял, о ком речь.

— Ты же не думаешь, что ангел Иомедай может быть опасен?

— Это тебе не Длань Наследницы с радугой вместо мозгов! — остановившись напротив входа в пещеру, проговорила она. — Самаэль — чертов пернатый садист! Заставит тебя двадцать часов биться в агонии и сделает вид, что так и надо.

— Ла-адно, — осторожно протянул он, — найду себе собутыльника поприятнее.

Командор вздохнула и отвернулась снова, прекрасно понимая, что он ей не верит.

Но в этом нет никакого смысла! Ангелы Иомедай добры и благородны, как богиня, которой они служат.

Ни один из них и мухи не обидит... без причины. Так что либо Сайдири ошибается и Самаэль вовсе не слуга богини крестоносцев, либо у него есть серьезные основания поступать так.

Света становилось все меньше, привычный с детства запах сырости проникал в легкие. То, что командор живет в пещере, это, конечно, иронично, но шутки по этому поводу он прибережет до момента, когда снова начнет бегать быстрее нее. По правде говоря, он может и сам о себе позаботиться — лекарства в сумке всегда есть, но раз уж начал давить на жалость — будь последователен.

И желательно не красней.

— Ого, — завернув за угол и увидев несколько рядов оружейных стоек, выдохнул Ланн, — Ого! — добавил он громче, присмотревшись и обнаружив, что ряды уходят далеко во тьму. — Здесь весь дрезенский арсенал или только половина?

— Очень малая часть того, что я заслужила, — не скрывая гордости, проговорила она.