Демонолог

Над полем висела световая тень архангела. Даже крылья были на месте - что довольно странно.

- Альберт! - попробовал крикнуть архангел, но звука не случилось. Световые тени не способны к механическим взаимодействиям.

- Не переживай, я тебя и так пойму. Привет.

Михаил помахал рукой. Потом изобразил нечто сложнопонимаемое для стороннего наблюдателя, но демонолог его понял.

- Да. Я попробую провести Ритуал. Все же неправильно, если ты не достигнешь... что бы тебя там не ожидало.

Архангел радостно кивнул и попытался что-то спросить.

- Чего? Не пойму, зачем тебе рогатка... А, Шурка! С ним все хорошо. Изранен весь, ну да ежели впервые призываешь клинок ветра, да еще и такой огромный, это немудрено.

Удивление буквально лилось из световой тени.

- Да, я сам в шоке. Парень будет отличным воином. Я еле отстоял его душу и ангелов и демонов.

Михаил изобразил довольно ускользающе-простое выражение лица. Лишь с десятой попытки Альберт угадал.

- Грустная ностальгия? Погоди, ты из-за этого срезал крылья?! Черт возьми, я тебя еще больше зауважал.

Ладно, приветы я передам, Люба вся в трауре, но вроде мы смогли ее покормить. Любят они тебя, Миша. Начинаю!

По лицу архангела текли слезы. Конечно, на поле они падали лишь условно, однако земля там как будто бы изменялась. Жарой навеяло, наверное.

- Властью, что даровал мне свет, нарекаю тебя светлым воином добра, да будет память о тебе вечной! Место, где ты отдал жизнь в последнем твоем бою со злом, да осветит свет ближайшей звезды! Память о тебе.

..

Михаил все еще рыдал. Где-то за спиной Альберта заржал конь.

- ... да не будет утеряна. И памятник сей пусть вдохновит тех, кто придет после тебя.

С неба полился мягкий пряный свет, явно желтоватый, не белый боевой свет звезд и не красноватый свет огня. На месте световой тени...

- Отец! - закричал Шурка, несясь галопом по полю. Его мать сидела сзади, но не видела тени Михаила.

... стала расти массивная статуя. Доспехов на Михаиле было немного, лишь наручи да наплечные пластины, меч был вскинут к небу и пылал настоящим огнем.

Шурка едва не сшиб Альберта, помог матери спуститься с коня и бросился к световой тени отца. Но встал как вкопанный, лишь увидев поднятую руку отца. Палец его указывал точно в сердце Шурки.

- Он любит вас. И будет любить вечно. Но говорить он уже не сможет. Теням этого не дано, - хрипло произнес Альберт.

- Спасибо, - прошептала Люба, не глядя на демонолога. Световая тень растворялась в закате.

- Там, куда он направился...