Холмы Мастеров l Душа Махабира

Кто-то боялся за свои ставки, другие пытались помочь, кто-то сопереживал юноше, а кто-то, наоборот, болел за знать и хотел выслужиться. Тут и там начались драки. Те, кто не хотел, чтобы Алмаса раскрыли, выкрикивали ложное местоположение.

— ЗАТКНИТЕ СВОИ ПОГАНЫЕ РТЫ МУСОР! ЭТО МОЙ БОЙ, А ВАМ ПАДАЛЬ, РАЗРЕШАЕТСЯ, ТОЛЬКО, СМОТРЕТЬ! - проорал Дамир.

— Как он смеет...

— Сам ты мусор!

— Избалованный выскочка!

— Мальчишка!

Источник последнего выкрика Дамир смог определить.

Он сгруппировался, кинуться, чтобы выжечь зрителя и большой кусок в придачу. Вдруг в глазах Дамира потемнело. Сын магистрата закачался.

— ВОТ ТАК!

— Алмас!

— Покажи ему его место среди мусора!

— АЛМАС, АЛМАС, АЛМАС...

Рюга и сама в какой-то момент чуть не сорвалась кричать вместе с толпой, она так напрягла шею и спину, что ощутила судорогу, а на глазах проступили слезы.

— Дожимай его, дурачок.

Красный прикоснулся к затылку, кровь густой смолью показались на пальцах, залила спину и быстро запеклась.

Три иллюзии окружили Дамира и начали метать камни. Каждый бросок выплескивал из них остатки духа, и уже без пристального взгляда было понятно - все они двойники. Бросая очередной снаряд, иллюзия проронила его сквозь ладонь.

Последний камень, который тающие Алмасы смогли метнуть, Дамир поймал. Он развернулся к настоящему. Тот мало чем отличался от сына магистрата, весь в поту и пыли, юноша был вымотан не меньше противника.

— Убью, — выдавил Дамир.

Алмас снял со шнура на поясе короткие колотушки. И постучал ими друг о друга. Красный по привычке прыгнул на огненном духе, но не пролетел и пяти метров.

Схватив сломанную пику под ногами, Дамир побежал к противнику. Они сошлись на треснувшей каменной платформе.

Алмас раздвоился, но сын магистрата быстро распознал, кто есть кто и направил оружие в оригинал.

Наудачу юноши, копье разломалось от жара и лишь полоснуло по ребру. Дмир отбросил древко и начал махать руками-ногами.

Огненные кулаки проходили близко к телу Алмаса. Они обжигали кожу, но на каждый выпад Дамир получал болючие тычки палками в ребра и подмышки.

С воплем сын магистрата вложил остатки духа в последний удар ногой. Алмас рухнул, перекатился вправо. Дымясь как подпаленная трава, красный рухнул на плиту.