Холмы Мастеров l Душа Махабира

Носорог чуть отошел и начал изучать гона парой глаз с одной стороны морды, затем с другой. Огромный рог даже немного напугал девушку. В тусклом лунном свете Рюга разглядела зверя получше. Толстая морщинистая кожа, надломленный центральный рог, который внизу на челюсти заканчивался небольшим клювом.

— Бородатый значит, — прохрипела девушка, глядя на свисающую кисточкой вниз, копну грубой шерсти?

Носорог тихонько, насколько мог, протрубил и обдал ее горячим дыханием из ноздрей.

— Хорошая борода, — сказала девушка и еле дотягиваясь попыталась почесать его подбородок, на что зверь муркнул и протрубил одновременно.

— Спасибо, что помог.

Рюга ощутила гордость и выслугу, они исходило от зверя. Это было похоже на мысли-чувства, с которыми девушке приходилось сталкиваться в спорах и дуэлях с сестрой. Они ссорились и чем сильнее, тем больше понимали чувства друг друга, отчего конфликт разрешался сам по себе.

— Ты теплый, — проговорила девушка, ощутив жар от зверя.

На это он осторожно, чтобы не наступить на хрупкие руки, подошел поближе и улегся так, чтобы обволочь девушку бородой.

Громадная голова полностью укрыла грудь и плечи, а из-под шеи исходил такой жар, что мог прогреть даже песок. Мокрая борода раздражала, но Рюга не противилась, она чувствовала заботу носорога и собственную, дикую усталость.

Девушку окутал запах коры и хвойного леса, она начала почесывать зверя непослушными пальцами, и под звонкое мурчанье уснула.

Фин обежал весь лагерь, огромная яма, из которой вылез голем, была залита водой.

— «Ничего не осталось?!» — Он попытался вспомнить, что произошло.

«Когда мы добежали сюда... Тут уже ничего не было!» — осознал сильфир. Из размышлений его вывел исчезающий лунный свет.

Он посмотрел наверх. Над ним нависало песчаное облако, с которого медленно спускались все пропавшие вещи.

— Э-э-эй, подожди, — порасшаркавшись на месте, сильфир отправился к пожиткам вброд.

Когда он зашел под сумки, ему пришлось стоять на кончиках пальцев и по самые уши погрузиться в воду, чтобы принять палатку.

Вещи мягко приземлились в маленькие руки, перестали левитировать и ухнули в воду прихлопнув Золота будто мышь в норе. Сильфир смог удержать палатку. Но только ее. Остальные вещи заплескали ледяной водой.

Отталкиваясь от дна, он захлебывая воздух при каждом прыжке, уходил вглубь по локти, затем прыгал и опять погружался. С трудом Фин доставил палатку до берега, а потом выловил пару сумок с провизией, остальное решил оставить до утра.