Раскол света

Платон вывел Тихона из запылённой комнаты.

– А что там будет, этой комнате? – спросил Тихон.

– Мастерская, видишь стены олисом выложены?

– Олисом? – переспросил Тихон.

– Да, видишь стены на мрамор похожи?

– А что такое мрамор? – виновато спросил Тихон, никогда не видевший мрамор. Вопросы он задавать не боялся, ибо ещё в первый день ему доходчиво объяснили, что задавать вопросы и учиться его основная обязанность.

– Красивый камень. – улыбнувшись пояснил Платон.

Тихон покраснел.

– Мрамор просто красивый камень, а вот Олис помимо красоты имеет полезные магические свойства.

Он может накапливать и хранить магию, скрывать любые виды энергии. Волослав, конечно, давно ничего не мастерит, но у порядочного, уважающего себя колдуна всё должно быть оборудовано. Нынче негоже по подземельям сидеть, зрение портить. Не в четырнадцатом веке живём.

– А что мастерит Волослав? – растерянно спросил Тихон.

– Здрасте приехали. А меч для тебя кто выковал? – случайно проговорился Платон. Домовой вздрогнул и сразу же прикусил язык.

– Меч мне достался от Фёдора! – скрестив руки на груди усмехнулся Тихон.

Платон вздохнул и отвёл глаза. Это не осталось незамеченным.

– Откуда у Фёдора меч? – насторожился Тихон, осознав, что он действительно не знает таких подробностей.

– Самого Фёдора? Это из старых запасов. Кощей ещё выковал. Ну, когда в своём уме был. – отчитался Платон.

– А мой где он взял? – настаивал Тихон.

– Волослав выковал точную копию меча Фёдора. По эскизам наставника.

– Точную? Нет.

По форме может они и были одинаковы, но мой был тяжелей.

– Ну знаешь, чертежи тогда отсырели... Стыдно признаться у меня крыша протекла. Может он действительно получился чуток тяжелей получился. – озадаченно признался домовой. – Славка то не знал для кого меч куёт. Ну Тихон и Тихон какой-то. Это он по дружбе Фёдору помог.

– А если бы знал кому куёт? Что-то изменилось бы? – без интереса спросил богатырь.

– Если бы знал, ты бы к Яге один не пошёл. Вот что! – выкрутился домовой, едва не выдав важные подробности.

Тихон грустно фыркнул и отвернулся. Платону была знакома эта модель поведения. Домового чуть молнией не прошибло. Не зная что сказать, Платон выпалил:

– Ой, как же красиво тебя подстригли.

Богатырь купился на лесть и улыбнулся. Голубые глаза снова загорелись.

– И как они тебя в цирюльню затащили? Кто тебя так окультурил? – рассматривая новую прическу богатыря спросил Платон. С одной стороны, он спрашивал, потому что было интересно.