Раскол света

Как Полька вообще усадила тебя в кресло?

– Я увидел, как спокойно Гердон в кресло сел. Его тоже обрезали. – признался богатырь.

После слова «обрезали» Платон не выдержал и захохотал. Но захохотал без зла – по-доброму. Тихон понял, что снова сморозил глупость и замолк.

– Нет-нет, не уходи в себя! – нахохотавшись опомнился Платон. – Ты это брось! Это до добра не доведёт. Однажды вспомнишь себя, поймёшь и сам посмеёшься.

Домовой ободряюще стукнул богатыря в пресс. И заметил, как Тихон отводит глаза.

– Что беспокоит тебя, мальчик мой? Скажи, не держи в себе!

Тихон замялся и что-то буркнул.

Буркнул так тихо, что даже упырь бы не услышал.

– Да говори уже! – вспыхнул Платон.

– Я хотел бы отправиться на Буян. – выдавил богатырь.

– А что, отличная идея! Черномор нам не враг. Какая разница, где реабилитироваться? – поддержал Платон.

– Вы меня отпускаете? – недоверчиво переспросил Тихон.

Платон взял его руку и сказал:

– Слушай, ты не в плену. У тебя свой жизненный путь. Просто знай, что именно тут тебя любят и ждут.

– сказал Платон и глаза его наполнились слезой. Домовой отвернулся.

– Я обязательно вернусь! – отреагировал Тихон на сантименты Платона.

– Я не сомневаюсь.

– Волослав… – неуверенно спросил богатырь, так как ему казалось, что Волослав в этом доме главней. Богатырь сам и не заметил, как несмотря на неприязнь, стал беспокоиться о его мнении, а вот Платон заметил. По мнению домового это было хорошо. Только преодолев неприязнь им получится прийти к взаимопониманию.

– Я замолвлю словцо.

– убедил Платон и они вместе зашли в комнату, где Полина разговаривала по телефону.

Девушка оправдывалась перед кем-то:

– Да, я приболела... Нет-нет, пожалуйста не ставь пропуск, да кто их вообще проверяет? Ну Касиус, ну пожаааалуйста!

В трубке кто-то вздохнул и сказал то, что Полину вполне устроило.

– Спасибо, я знала, что на тебя можно положиться, Кас! Я твоя должница. – нежно сказала девушка и отключила вызов.

Девушка повернулась и посмотрела на богатыря с домовым. Кожа была болезненно бледная.

Глаза красные, а веки слегка преопущены. Платон оказался прав. Ангина, хоть и вовремя замеченная, даёт берёт своё.

– Может мне в больницу? – жалобно спросила девушка.

– Считай, что ты в больнице. – тепло сказал домовой.

– Ну может мне антибиотик принять? – резонно спросила девушка.

– Ты его уже принимаешь. – заверил Платон.

Девушка обернулась на банку с грязно зелёной жидкостью.

– Нет. Это противная трава. – скривилась Полина.

– Это феш долгожителей.