Раскол света

Даже мордой животного нельзя было назвать.

– А ты мне что? – издевательски поинтересовался земляной.

– А что тебе надо?

– Ничего, у меня всё есть! – нагло ответил земляной, рассматривая свои массивные когти, как девушка рассматривает маникюр.

– Я дам тебе мой медальон, накладывающий иллюзию. Ты будешь выглядеть как человек.

Глаза земляного внезапно расширились и наполнились интересом. Секунд тридцать он прикидывал можно ли верить домовому. Они так давно ругаются, что это вполне может быть ловушка. Ни Платон, ни Волослав не упустили бы возможность дать ему по лбу и отомстить за украденное.

С другой стороны, он недавно всё вернул. Вернул абсолютно все вещи, украденные за много лет. Они были земляному не нужны. Он так долго жил, что утратил интерес ко всему кроме скандалов и ругни. И воровал он исключительно ради этого. А не потому, что кого-то недолюбливал или кто, по его мнению, был не прав. Однако была одна весомая сложность. Внешность нелюдя не позволяла ему скандалить с людьми. Люди отпадали, значит скандалить нужно было с теми, с кто о существовании земляных знает. Таким образом, земляной отрывался на всех своих соседях колдунах, домовых и водяных. Единственный с кем ладил Земляной был его закадычный друг леший Лёня.

– Покажи! – недоверчиво промямлил земляной.

Платон сунул руку в стену и вытащил небольшой кулон из грязного металла.

– Надень на себя. – недоверчиво фыркнул земляной.

Платон надел и внезапно превратился в десятилетнего ребёнка.

– И что я тоже буду ребёнком? Не пойдёт! – заупрямился скандалист.

– Иллюзия подстраивается под рост. – фыркнул домовой и метко бросил кулон в земляного. – Иллюзии хватит на сутки.

– Ну ладно, что тебе нужно? – воодушевлённо спросил земляной, подбирая медальон.

***

– Знаешь что? Прятаться от женщины это не по-мужски! – заявила Танюша, поняв, что Платон от неё прячется. Она отлично знала, что он её слышит. Слышал, как она обошла всё поместье в его поисках.

Полина, Тихон и деда Костя стояли молча наблюдали за обиженной домовихой, которая ходила по кругу.

– Я не прятался. – загадочно послышалось на лестнице.

Все обернулись и увидели, что на лестнице на второй этаж на фоне огромного окна стоит букет из сотни алых роз. После чего, букет не спеша начал спустился по лестнице.

– Я не прятался, я искал цветы. – виновато, но с мужской твёрдостью сказал Платон.

Домовым было свойственно иметь чувство собственного достоинства. Платон не был исключением. Более того, ему было тысяча лет.