Друиды. Отряд специального назначения

Словно кто-то влез в черепную коробку и ворочал пласты памяти, быстро перелистывая их, как шелестящие страницы незнакомой книги в попытке вникнуть в сюжет либо найти нужную информацию.

Полностью потерявший контроль над собственным телом Игорь не чувствовал ни рук, ни ног, ни коня под собой. Не понимал, по-прежнему ли движется или стоит на месте. А может и вовсе завис где-то между небом и землёй, увязнув, как насекомое в смоле, в этом холодном свете. Дышать уж точно перестал. Нос, рот и уши будто ватой забиты. Перед глазами сплошная белая муть.

А чужой разум, если, конечно, это он, а не какой-нибудь эффект потустороннего перехода, всё копался в мозгах, заглядывая в самые потаённые уголки памяти, не прикладывая к этому, казалось бы, ни малейших усилий. Наконец, невидимый читатель захлопнул «книгу», получив, наверное, что хотел, и ощущение чужого присутствия сразу пропало. Как по щелчку тумблера вернулись все чувства. Нахлынули одновременно, ударив своей кажущейся необузданностью по застуженным нервам, успевшим привыкнуть к отсутствию внешних раздражителей.

В ноздри ударил запах пыльного, набитого старым хламом сарая, кожи, конского пота и ещё чего-то непонятного. Заметалось эхо, разносящее нервные ржания и всхрапы коней, топот множества копыт, злые матерки товарищей и короткие как выстрел приказы старших офицеров.

Все сбились в кучу, в которой завязли, в том числе, и Слива с Игорем. Не успели опомниться, как сзади накатила ехавшая следом пара, словно никакой дистанции между ними не было и в помине.

Тех почти сразу подпёрли следующие, затем следующие и так вплоть до замыкающих...

Шелковицыну казалось, он попал в неуправляемый, несущий чёрт знает куда поток, выбраться из которого нет ни малейшего шанса. Но чем дальше их тащило от места, где началось это вавилонское столпотворение, тем просторнее становилось. С обретением относительной свободы вернулась возможность управлять конём. Наконец-то удалось оглядеться.

Непроглядное белое марево словно поредело, став заметно прозрачнее. Теперь сквозь него проступали очертания квадратных колонн.

Они уходили так высоко, что терялись из виду в мешанине сходящихся далеко вверху острых пиков. Это уже явно не та пещера, в которую только что вошли...

- За мной! – Дубровский во главе своего десятка забирал вправо.

Все группы, кроме двух оставшихся в центре, распределились по флангам и продвигались вдоль стен. Так задумывалось изначально – выходя из портала, перестроиться в предбоевой порядок. Мало ли что...