Иллу, или Несколько коротких анекдотов из жизни личного помощника арматора

— Нет! Благодарю вас, о мой щедрый и заботливый господин арматор. Я сам. Сам прекрасно замотивирован…

***

Иллу смотрел в зеркало аквариума, где танцевали брачные танцы рыбки-вуалетки.

С ногами забрался на софу, пристроил руки на подлокотнике, подбородок — на предплечья…

— Скучаешь по дому?

Иллу вздрогнул от неожиданности, обернулся, вскинул на арматора глаза. Опустил ресницы, покачал головой, улыбаясь мягко, чуть печально.

— Мой дом отныне там, где вы, мой солнцеподобный господин.

Гаер сел рядом, вытянул ноги, почесал висок.

— Да я серьезно, ну. У тебя ж там были любимые братья-сестры, деды двоюродные, не?

Иллу молчал, поглаживая причудливый браслет, охватывающий звенящими цепочками пальцы правой руки. Сегодня на нем был другой наряд, но та же летящая полупрозрачная обертка. Гаер не шарил в этом всем, просто скупал для помощника образцы тканей и украшений, а тот уже выбирал для своей шкатулки и отдавал в пошив приглянувшиеся ткани. Шили ему по его же эскизам, на его вкус.

А вкус Иллу оказался отменным.

— Я скучаю по Эр Су.

Гаер сощурился, дернул углом рта.

— Кто такой? Любимый нукер?

Иллу улыбнулся, опустил глаза.

— Мой лигран. Я растил его с младенчества, взяв себе после того, как его мать убили на охоте. Поил молоком, отогревал, учил… Он очень умный и ласковый, мой Эр Су… Сестра обещала заботиться о нем, но, я боюсь, он тоскует.

— Еще бы не тосковал, — буркнул Гаер.

Откинул голову, потеребил кисточку шелковой подушки-пердушки.

Лигран Эр Су. Ладненько.

***

Чудище бросилось на прутья клетки и заголосило так, словно с него шкуру насухую сдирали.

Манкурты отшатнулись — их можно было понять, клыки у твари были с палец, а когти — с… Тоже не маленькие.

— Мой господин! Арматор, Гаер! — ахнул Иллу, вскидывая к голове зазвеневшие браслетами руки.

Лигран при звуках знакомого голоса бешено закрутился в клетке, прутья протяжно заскрипели, выгибаясь.

— Эр Су! Малыш!

Гаер кивнул манкуртам и старший, укрываясь щитом, отомкнул клетку.

Гаер понял, что стоит с Двухвосткой наизготовку, мокрый от пота, но лигран вылизывал щеки Иллу, издавал отвратительные стонущие и воющие звуки, и вообще, похоже, являл собой олицетворение чистой животной радости.

— Где вы его нашли?!

— Там, где ты оставил, — буркнул Гаер, пока Иллу упоенно обнимался с полосатой сияющей тварью.