Шёпот прошлых лет: рубиновые сердца

Мы отдаём большую часть товаров практически за бесценок, в обмен за колоссальное количество промышленности получаем старые продукты, старые зелья и старые вещи, - на объёмных щеках проступил багрянец, речь объял огонь. – Нас считают людьми третьего сорта! Тот собрат, который пытается выбраться наверх, получает алебардой по голове или стрелу в горло. Мы могли бы торговать на равных, мы могли жить намного лучше. Но наши ресурсы почему-то принадлежат аристократам верхнего мира или Святому ордену, а не нам! Если мы ничего не сделаем, то наши дети и внуки будут жить в нищете!

- Ну так что! – подхватила её слово подруга.

– Что вы скажите на это!? Будем ли мы продолжать прозябать в нищете, когда у нас отбирают наше же!? Или же вступим в битву с угнетателями и

- Мы подумаем! – крикнул предводитель группировки. – Но у нас слишком мало сил, что сейчас хоть как-то заявлять о себе! У «Надзирателей» не менее пяти тысяч бойцов. У нас же еле-еле тысяча парней наберётся. Большинство жителей Подгорода это обычные работяги, которые не хотят войны, не хотят столкновения и противостояния.

Да и если мы выступим единым фронтом, даже если удастся поставить под копьё десять тысяч, даже если мы их обеспечим, нам нужно иметь хороший доступ на поверхность. Мы заперты внутри горы.

- Так есть же шахта «Укол друида», - возразила Килана. – Она практически подошла к поверхности. Что если её разработать и выбить гору, мы получим беспрепятственный и неконтролируемый выход наружу. Да такой, что целые толпы народу смогут спокойно перемещаться.

- Но ты забыла, что там завелись монстры, чудовища, которые покрошили в капусту шахтёрские бригады.

- Но если мы найдём воина, который бы их убил, или направили бы отряд, то у нас был бы проход. Был бы выход, который можно использовать, чтобы и иметь связи с внешнем мире.

- Заседание можно считать оконченным, - фыркнул делегат и встал, а за ним поднялись и остальные.

Килана и Инес смотрели за тем, как народ поднимается и ступает прочь.

Это не в первый раз, когда идеи Диени оказываются не услышанными, ибо сторонники «Голоса» слишком сильно увязли в осторожности, как думают девушки. С другой стороны, Молотобой чувствует, что это всё сопряжено с тем, что слишком мало народу поддерживают радикальные движения из-за того, что и те не слишком чисты, да и кто захочет устроить из родного дома место жестокой и кровавой бойни?

- Моя милая Динея, - зазвучал тихий голос и змеино-крадущий голос.