Шёпот прошлых лет: рубиновые сердца

– Этот… архиерей, он решил, что община планирует захват его прихода в тоннелях Квишир[15], но это был бред, - голос стал дрожать, перед собой он увидел на мгновение не вонючий Подгород, а пламя, облизывающее разрушенные стены прихода, на языке заиграла горечь пепла. – Но там, где служили мои родители, были серебряные чаши и блюда со времён первых поселенцев здешних. Ими раньше пользовались мальфиты в своих ритуалах, но потом они были утеряны ими. Архиерей хотел их получить, но эта собака даже не пыталась их выкупить. Он просто спустил своих ублюдков, - всё так же ярусно-подавленно продолжил говорить Гидросель, а перед глазами воспоминания пожара, кроваво-красные блики и вопли умирающих на пару с безумным хохотом нападающих полностью овладели умом.

– Килана, я… я никогда не забуду, как вытаскивал отца, которому… вогнали меч по самую рукоять. Мать завалило… горящей крышей, а сёстры… прости, у меня нет сил даже вспомнить, что они с ними сделали.

- Ничего не говори, - ей стало его невообразимо жалко, она почувствовала, что его боль во сто крат сильнее.

- Килана… я…

Речь юнца прервалась рёвом проповеди:

- Истинный кризис в ваших краях вызван недостатком праведности! – едва ли не орал проповедь архиерей. – Вы возносите слишком мало жертв, вы приносите недостаточно покаянного серебра и меди. Лишь очистительным трудом, воздаянием жертв покаяния и верным служением праведникам Мальфаса вы можете искупить собственные грехи и удостоится его царствия! – жрецы стали ещё сильнее кадить своего повелителя.

- Ублюдок, - сдавленно прошипел Гидросель, покрасневшие глаза заметили нищего с вытянутой тарелкой и дабы хоть как-то отвлечься, он уронил пару монеток в неё.

Молотобой не нашла ничего лучше, как прижать его. Она обхватила довольно нежными руками его за плечи и притянула к себе. Ощутив женское тепло и странный трепет в груди, его стало постепенно отпускать, пламя чистой ненависти стало затихать.

- Тише, всё минуло, - стала его успокаивать Килана. – Когда-нибудь ты отомстишь им.

- Посмотрите на похоть очей ваших.

Вы же спешите в бордели, вместо того, чтобы посвятить время на соитие неблагочестивое труду святому! Отдайте все силы не на похоть, а на труд тем, кто ежедневно и ежечасно заботятся о вас! Или вы не знаете, что аркские мудрецы, благочестивая аристократия денно и нощно стоят на страже наших традиционных эндеральских ценностей? Так знайте и воздайте им за это! – вновь жрецы задёргали кадилами, как припадочные, едва ли не заходясь в звонкую экзальтацию.