Восстание Магов. Новые крылья надежды

Алан воспринял эту идею в штыки и был в не себя от ярости, однако таким своим поведением он лишь усугублял ситуацию, ведь сами они рисковали заплутать в дебрях местной канализации. Выбора не было, пришлось довериться Эрику. И он провел их! Уже на свободе Лин с трудом пыталась сообразить, как это произошло, но факт был фактом — они сбежали.

Но радость была недолгой: Алан все также не доверял Эрику и потому решил прикончить того, чтоб тот не вернулся и не донес начальству. Лин не удалось его остановить, однако боя не было: Эрик не стал обороняться и оказался сражен первой же атакой Алана.

Вот что ты за идиот?— уже за нынешним столом переговоров грубо вопросил у Эрика Алан.

Но тогда было уже слишком поздно: их окружили имперские солдаты. Теперь Лин уже ничего не понимала, ведь слишком много вопросов витало в ее голове. Как вдруг Эрик встал и атаковал одного из имперцев, после чего с криком «Бегите!» ринулся прочь, уводя солдат за собой, утягивая их своими теневыми порталами.

Тут уже Лин схватила Алана и потащила за собой, так как у них тогда не было времени думать. «Какая жалость...» — Лин услышала эту фразу за мгновение до трагедии: их с Аланом окружили цепи, а перед ними появился один, на данный момент уже печально известный им, элитный имперский маг. Алан пытался дать ему отпор, но оказался с легкостью сокрушен. Как вдруг сквозь цепи Лин услышала крик...

— Так, так, теперь моя очередь рассказывать! — вдруг заговорил уже и Алан, однако до сих пор не мог решиться посмотреть кому-то из троицы его окружавших магов в глаза.

Война положила конец тем мирным денькам, что Алан так любил проводить с семьей на природе или с Лин на улицах. Она отняла у него все: его руки навек оказались запачканы в крови, его рассудок помутился, а Лин уже не видела в нем прежнего доброго и отзывчивого друга детства. Теперь все знали его лишь под прозвищем «Колосс». Изначально он его стеснялся, впоследствии уже гордился, а сейчас оно заменило ему его собственное «я».

Он до конца верил, что за личиной «Колосса», который творит все эти зверства, на самом деле, глубоко внутри прячется тот самый незамутненный образ прежнего Алана, который и мухи не обидит (а скорее защитит).

Но лишь в плену он понял, что это было не так: видя всех тех, кому он ранее принес невероятную боль, он вовсе не раскаивался. Нет, он упивался ею.