Сказание о победе Ньолиса, Бога Солнца, над Хладным Королем

Юные плечи его тяготили многие заботы – о землях, о людях, о Богах-Братьях и Богах меньших. И теперь, с наступлением нового цикла, пройдут они все проверку на стойкость лишениями.

Услыхал Ньолис за своей спиной тяжелое хлопанье крыльев, обернулся. Откуда-то из-за синих гор летел к его Замку истощенный ворон. А упав на каменный пол, обернулся ворон его дорогой сестрицей Астрадой. Ее зеленое платье было изорвано, черные волосы растрепаны, на щеке горела кровавая царапина, а в змеиных глазах плескались страх и ненависть.

Астрада бросилась старшему брату на шею, заливая его горькими слезами, душа причитаниями и жалобами.

– Дорогая сестрица, драгоценная моя Астрада, что приключилось с тобой? – вопрошал Ньолис, когда Изгнанная богиня успокоилась. Она взял ее за обе руки, заглянул в глаза, но глубже смотреть на сей раз не стал, не по-братски это.

– Вторглась в мои земли проклятая Никта! – всхлипнула Астрада, и на глаза ее вновь навернулись слезы. – Надругалась, изгнала, не дала ни пощады, ни защиты! И теперь я тут, у твоих ног, расстилаюсь и умолю принять меня в свой дом и помочь с моими врагами!

Сердце Ньолиса затрепетало, сжалось и загорелось с яростью и болью.

– Конечно, сестра моя. Я помогу тебе разобраться с твоими врагами. И разделю с тобой хлеб, соль и кров.

Услышав заветные слова и низко поклонившись, Астрада, наконец, почувствовала себя спокойнее и увереннее. Ньолис наказал ближайшим слугам принять почетную гостью, разместить ее со всем комфортом, дать омыться и отдохнуть.

А позже он сам присоединится к семейной трапезе.

Оставшись один на балконе, Ньолис вновь полной грудью вдохнул ночной горный воздух. И обратился Бог Солнца к одному лишь ему данному внутреннему взору, позволявшему видеть прошлое и будущее, отличать правду от лжи. Тогда заглянул Ньолис в жизнь своей божественной сестры и, чем дольше он смотрел, тем сильнее омрачалось его чело. Понимал он, что Астрада, дабы выманить из брата обещание, солгала. Что Никта победила в честной схватке, а сестра даже не приняла боя.

Что кровавую царапину на щеку поставила она себе сама, бросившись с высоты Башни в колючий кустарник. Но слово было дано, а слово Короля Богов нерушимо.

Три дня и три ночи отдыхала, пировала и восстанавливала силы Астрада. Долго гуляла замковыми крытыми галереями, расправив крылья, летала над горами и горными деревушками, пила травяные настои с любезной братцевой женой Богиней-Покровительницей Рассвета Итча́ль.