Книги Илуге. Часть 1. Джунгар. Обитель духа

Госпожа И-Лэнь оглядела дочь, поднявшую на руки заспанного мальчика, качнула головой, одобряя открывшуюся картину, и поднялась.«Ах, какой выход! - с невольным восхищением подумал господин Ожанг, новый глава рода Дафу, глядя, как его невестка с детьми входит в просторный приемный зал дома убэя Тэня. - Эта женщина аристократка до мозга костей. Каков выбор одежд для себя и дочери - нежная весна и ранняя осень, где об увядании говорит лишь разлитая в воздухе грусть, неясное ожидание… Девочка трогательна, как фея, - с сонным ребенком на руках.

И оттеняет изысканность мизансцены, заставляет уловить (или отыскать?) какой-то невысказанный, смутный намек. Какая женщина! Она будет умирать не менее величественно, чем в эту минуту. Такие становятся императрицами. И теперь она в моей власти…» Увидев его, госпожа И-Лэнь ничем не выдала своего изумления. Негромким, мелодичным голосом с безукоризненным столичным выговором она произнесла положенные приветствия - ровно отмеренная дань вежливости, ни словом больше - и замерла. Девочка за ее спиной молчала, молчал и ребенок, все еще растерянно хлопая длинными ресницами. Тишина затягивалась. Госпожа И-Лэнь позволяла ей длиться и длиться, заставляя их почувствовать себя неловко. - Высокородная госпожа, я, право, не знаю, как сообщить вам нашу скорбную весть, - наконец, не выдержав, промямлил убэй Тян. От него, убэя приграничной провинции, никто и не ждал особых манер, но убэй Тян был возмутительно неотесан. Он и обычно-то говорил, будто сплевывал, из-за какого-то дефекта гортани, а сейчас, выступая в несвойственной ему роли, был и жалок, и косноязычен. - Мой муж убит? - спокойно спросила госпожа И-Лэнь. Ее напудренное и набеленное по всем канонам лицо придавало ей сходство с масками театра ду-фу, где реплики актеров подаются из черной дыры на месте предполагаемого рта. Ее губы тоже почти не шевелились, усиливая ощущение пантомимы. И одновременно ощущение, что именно здесь и сейчас разыгрывается великая драма, достойная лучших поэм эпохи Шань. - Нет, нет, его никто не убивал, - в ужасе воскликнул убэй Тян. - Боюсь, уважаемый господин Фэнь не перенес тяжестей дороги. - Это сказано о победителе двенадцати битв? - Госпожа И-Лэнь позволила себе слегка приподнять бровь. Убэй на этом совсем замешкался и что-то невразумительно пробормотал. - Разумеется, меня сразу известили, дорогая сестра, - вступил в разговор господин Ожанг.