Кровь и гром (рабочее название)

Пожалуй, настолько счастливым кормчий видел его впервые. Видно, с метафорами он поторопился, некоторых кровь и правда опьяняет.

- Где твой вождь, мальчишка? - грубо повторил Хофманн, со все большим трудом игнорируя визги искалеченного чужака. - Где Ролло?

Мальчишка неопределенно махнул рукой. Даже не поморщился от криков старшего, а ведь раньше как шелковый ходил. Совсем страх потерял после первой в жизни драки, похоже.

- А ну, подержи.

Хофманн сунул в руки щенку копье и выхватил из-за пояса нож.

Гребцы с интересом следили за действиями вожака. Одним точным ударом, точно забивая свинью, он заставил пленника замолкнуть, а затем бросил нож Ульфу. Стало тише и немного легче.

- Смоешь кровь и вернешь, - хрипло пробормотал он. - А пока, пошли к Ролло.

Разочарованные гребцы, качая головами, принялись стаскивать еще дергающийся труп с груды поленьев, одновременно обыскивая тот на предмет ценностей.

- Бросьте его, молокососы. Он уже никуда не сбежит, - буркнул Хофманн, принимая копье из рук понурого Ульфа.

- Займитесь живыми. Обработайте раны. Ищите выживших.

Толкнул Ульфа в бок, задавая темп.

- Веди туда, где видел Ролло.

Парень закатил глаза, но побрел вперед, вихляя и покачиваясь. На ходу он вытирал окровавленный нож о край рубахи. Впрочем, грязнее Ульф не стал, его рубашка за последние пару часов и без того пропиталась водой, грязью и кровью сверх всякой меры. Прицокнув языком, Хофманн двинулся следом.

“Рубаха-то ладно” думал кормчий, глядя поверх чадящих кострищ на сереющее, предрассветное небо и устало глядящую вниз луну.

“А вот ножи нам еще понадобятся.”

Ульф то дело оборачивался, развязным голосом поторапливая старшего, хотя сам нарезал ногами круги, точно испуганный заяц. Хоф просто медленно ковылял за ним, только довольный, что не приходится снова бежать. Горящие дома давали достаточно тепла, жары даже. Он чувствовал, как на плечах обсыхает одежда, а задеревеневшие конечности постепенно расслабляются.

Да, пожалуйста, сейчас ему следовало бы вести себя иначе. Рвать волосы на голове, проклинать богов, да выкрикивать бессвязные прокляться в небо. Что-то в этом духе. Что-то, что положено делать людям, когда дом и семья твоего друга, твои дом и семья, сгорают дотла в одночасье.

Хофманн споткнулся обо что-то. Длинное, влажное и податливое. Не требовался большой ум, чтобы понять, обо что.

Расшитую рубаху на груди слуги крест на крест пересекали две раны.