Астерий: Не стой у мага на пути! (1)

Прямо-таки наиглупейшем! Я - маг, прошедший множество перерождений, познавший больше десятка высоких магических школ в разных мирах, должен был доказывать, что у меня есть талант в магии! И самое смешное, что я не мог этого доказать сейчас! Ведь я еще не адаптировал ни одного шаблона из своих заготовок. Как маг в данный момент я был пуст. Вот что ей ответить? Просто прогнать? А эта длинноухая девица, между прочим, хороша собой. Очень хороша. И не хотелось прерывать с ней знакомство. Я сказал так:

- Милая, можешь мне не верить, но я маг.

Хороший маг. Только на сегодня я просто иссяк, - откинув край плаща, я указал на темные пятна крови на сорочке. – Видишь? Несколько часов назад здесь торчало две стрелы. Между прочим эльфийские. Я смог избавиться от них. Выжил, благодаря своей магии. Но на большее у меня попросту нет сил. Если ты будешь так добра и дашь взаймы три гинара, я буду очень признателен и завтра докажу, что я маг. Поверь, мне очень нужен ночлег и хороший отдых, чтобы восстановить силы.

- Как твое имя? – спросила она, дернув ушками, скрытыми волосами, и нахмурившись.

- Райсмар Ирринд. Если проще, то Райс, - я разглядывал ее красивое, несколько строгое лицо, пытаясь угадать возраст. Это очень непросто: большинство эльфиек живет лет двести и больше, но даже в пятьдесят и семьдесят лет они умудряются выглядеть не старше тридцати. – А твое имя какое? – спросил я.

- Ионэль, но мне больше нравится Иона, - она зазвенела кошельком висевшим на поясе, затем указала пальцем на мои раны. – Если это были эльфийские стрелы, то эльфы, которые так отметили тебя, плохие стрелки.

Моя стрела вошла бы в сердце и пробила бы тебя насквозь.

- Грозная ты девушка, - усмехнулся я. – Скажи по секрету, тебе лет пятьдесят или больше?

- Не твое дело. Ты, наверное, мало общался с дочерями Элатириля. Возраст эльфийки есть смысл спрашивать, только если собираешься иметь с ней ребенка, - с насмешкой ответила она.

- Я бы хотел ребенка от тебя. Может это как-то устроим? – я отломил кусок сухого хлеба, который я не успел убрать в мешок.

- Сукин ты сын! – Иона ловко и больно ударила мне пяткой по большому пальцу ноги. Не знаю, как это она умудрилась сделать, не глядя под стол. – Не пускай по мне слюнки! Понял? Жуй лучше свой черствый хлеб. Иначе я добавлю твой член к другим отрезанным. Я их сдаю алхимику в Вестейме.

- Послушай, сучка, я не виноват, что ты мне нравишься, и если это тебя злит, то я не собираюсь отказываться от своих слов и подстраиваться под твои капризы.