По следам крылатого зверя

Его душу раздирали на части смешанные чувства: он понимал, что убить зверя ― это лучший выход, более того, необходимость, но восхищение этим животным временами пересиливало голос разума. Вот и сейчас он невольно придержал руку охотника, готовую нанести удар. Теперь Люцию оставалось только надеяться, что брат не понял этого.

― Не хотел торопиться, как в прошлый раз, да вот только хуже сделал.

― Да ладно тебе, братишка, я тебя понимаю. Такого красавца убить рука не поднимается, ― Морк подошел к Люцию и положил руку ему на плечо, пытаясь хоть как-то поддержать.

Люций совсем растерялся, ошарашенный столь неожиданным жестом. Что это: истинное сочувствие, или же Морк затеял какую-то подлость? Нервно хлопая ресницами, Светлый бог нерешительно молчал.

― Не доверяешь? Ну и правильно, но я, правда, тебя понимаю, если хочешь, могу помочь.

― Нет уж, я сам.

― Похвально. Удачи тогда, ― с привычной усмешкой проговорил Морк, и растворился в тенях за спиной брата. А тот остался над макетом Бейта, размышляя, что же на самом деле хотел Темный бог.

* * *

Первые белые хлопья застают нас в пути.

Это должна была быть последняя многодневная осенняя охота. Ментор обещал скорый снег, а пока он окончательно не уляжется, выходить в лес без нужды не след. Вот и торопились мы, и серьезно надеялись успеть.

И было с чего надеяться. Утро улыбнулось нам нежной голубизной и яркими лучами бати. Прохладный воздух звенел, но дышалось легко. И оттого, что мы возвращались в селение, и оттого, что охота на редкость удалась.

Под ногами уже петляли знакомые тропы.

Откуда вдруг появляются тучи, сообразить не успевает никто. Просто вдруг налетает ветер, бати прячется за темными, тяжелыми космами, и вот уже нам на головы сыпется первый зимний снег. Я-то сталкивался уже с этим явлением, а эльфам оно в диковинку. Шаг замедляется, головы вертятся из стороны в сторону. Даже Шаслин поднимает руку к небу, а затем подносит к лицу пойманную снежинку.

А я смотрю на них, и только радуюсь, что к этому походу всех успели одеть в меховые одежды.

Идти до селения еще прилично, недолго и обморозиться. Впрочем, вспомнив, как сам глазел на переплетенье ветвей, когда впервые увидел лес, решил не трогать спутников. Пусть посмотрят, привыкнут, осознают. А до темноты все равно дойдем.

Но погода почти сразу вынуждает меня изменить решение. Ветер усиливается с каждым мгновением. Снег теперь не падает, а стремительно летит вдоль тропы, бьет в лицо и ссыпается за шиворот.