Кровавый вкус победы

Вы долго ещё собираетесь ставить мне палки в колёса?

Ауридвин наклонил голову и на этот раз предельно серьёзно, без намёка на насмешку, так и скользившую в его предыдущих речах, произнёс:

— Я в самом деле должен извиниться. Беластрис всегда была импульсивна и неуправляема, но её способности показались мне полезными для вылазки. Мы не собирались навлекать на Братство лишние неприятности. Теперь я могу лишь попытаться на время замаскировать произошедшее.

Он простёр руку над трупом и проклокотал несколько непонятных слов.

Если прислушиваться, можно было услышать, как некромант бормочет себе под нос:

— Хорошо, что разрыв костей не додумалась применить, дурёха припадочная. А то бы ещё с пластикой мучиться пришлось...

Повинуясь воле заклинателя, труп слегка заворочался, открыл глаза, затем неуклюже встал, тупо глядя на создателя. Ауридвин прикоснулся к восставшему мертвецу, влив в его тело несколько сгустков синевато-зелёной энергии.

— Вот, — гордо произнёс некромант. — Почти как живой.

Наши последние творения почти не фонят, так что, если не присматриваться, никто ничего не должен заподозрить.

— Сойдёт, — кивнул мистер В. Он махнул рукой, и зомби покорно подошёл поближе. — Тогда до встречи, и постарайтесь больше ничего не натворить.

— Иди в задницу, — на прощание огрызнулся Ауридвин.

Собеседники разошлись в разные стороны. Менкар вновь помедлил с нападением — на самом деле, маг просто судорожно пытался уложить в голове увиденное и услышанное.

Генерал Дель Морху был невиновен — и в то же время, пусть и косвенно, именно Менкар убил его. Не разошли он те злосчастные письма, не спланируй шумное ограбление — и Дель Морху ни за что бы не вышел в ночи из поместья вслед за... кем? Чародей с прискорбием отметил — имени генерал не назвал.

В детские годы Менкара, как и многих его сверстников, очаровывала загадочная, а оттого такая интересная работа тайных служб султана. Что может быть лучше — разоблачать заговоры, раскрывать преступления общегосударственного, а то и всемирного масштаба! Но он даже в самых чёрных мыслях не мог себе представить, какова может быть цена их громких побед.

Нельзя измерить мощность энергетического потока, не ставя препятствия на пути его движению. Нельзя расставлять силки на диких зверей и надеяться, что от твоих действий с горы не скатится ни один камень...

Чародей нервно рассмеялся. Не получилось у него проветриться — стало только хуже.