Кровавый вкус победы

Часовые не были профессиональными военными, видимо, их просто выбрали из числа жителей по жребию или по очереди. Один, здоровенный мужик с нетипичной для Вэлифара бородой до пояса, преградил нам путь своим грозным оружием.

— Кто такие?

— Мы с братом были солдатами, — с подкупающей печалью в голосе отозвался демон. — Всю войну прошли, а когда вернулись, то увидели на месте нашей деревни одно пепелище. Вот и ищем, где можно начать новую жизнь. Уж впустите, люди добрые, не откажите.

Но бдительный мужик на жалостливую байку не повёлся:

— Таких якобы погорельцев тут десятки ходят, а потом куры и поросята молочные пропадают.

Небось в захолустья, где «пять хат возле болота», вас, солдатушек, ничем не заманишь. А наша Вирлея как будто мёдом намазана! А шо? Нас тут мужиков больше, чем по королевскому указу послать на войну потребно было, мы и ополчение собрали, и разок даже шайку мертвяков проклятущих на куски порубали, и урожай, насколько смогли сохранили! И с какого нечистого мы должны всех попрошаек кормить теперь, а?

Его коллегу же заинтересовало другое:

— Кажись, дождя-то сейчас нету, да и снега тоже, — задумчиво протянул второй часовой.

— На кой вам плащи-то, любезные? Солнышка, что ли, как девки благородные, боитесь? Чтобы кожа белой оставалась?

— Видал я этих благородных, — подхватил бородатый. — Они не белые даже, а синюшные! То ли дело наши красавицы — кровь с молоком!

И оба согласно заржали.

— Идём отсюда, — вполголоса фыркнул я. — Слишком много внимания.

— Ну нет, — ехидно отозвался Антинаэль.

— Теперь я хочу попасть в это прекрасное село в два раза сильнее.

На миг его глаза вспыхнули кроваво-красным, а часовой осоловело и бессмысленно моргнул.

— Финнар! Ты ли это! — внезапно «вспомнил» бородача демон и по-братски хлопнул его по плечу. — Прости, не признал сразу! Как возмужал, приятель!

— Ну ты что как неродной? Это же я, Антиох! — продолжал напирать Антинаэль на изрядно растерявшегося мужика. — Мы ж с тобой не менее двух жбанов пива выпили на Празднике Урожая, аккурат перед самой войной! Чудо был, а не день!

На лице часового отчётливо отразилось, что никакого Антиоха он помнить не помнит, но Праздник Урожая в самом деле был для него воспоминанием приятным, а ещё — донельзя расплывчатым.

Так что вполне могло так сложиться, что когда-то они с этим «погорельцем» и впрямь выпили пива в количестве двух жбанов. Поэтому, когда демон вкрадчиво закончил:

— Ну помоги по старой дружбе, а? — названный Финнаром сдался и опустил алебарду.