Кровавый вкус победы

брюки? Юбка? Широкий ремень?

Тонкий подвижный хвост заинтересованно качнулся вправо-влево. Демоница томно заправила за рог выбившуюся чёрно-серебристую прядку и звонко рассмеялась. Я торопливо подобрал отвалившуюся челюсть. Отчасти я устыдился своей реакции, но, с другой стороны, война не баловала нас изысканной красотой, тем более столь бесстыдно выставленной напоказ...

Она ещё раз хихикнула, уже сдержаннее.

— А ты забавный. Давно к нам попал?

— Сегодня. — Я не стал ничего придумывать.

— Что за народ пошёл? — то ли восхитилась, то ли возмутилась демоница. — Первый день в Провалах, а уже шастает так далеко от сектора мёртвых душ!

— Я бы хотел вернуться обратно, на Саладеру, — обтекаемо ответил я. Вроде и правда, а вроде и не сказал ничего лишнего.

— Гиблое дело, — она снисходительно улыбнулась. — Завеса крепка, и ни одной душе сквозь неё не пройти.

— Значит, то, что я ещё жив, очень кстати.

Кажется, мне удалось её удивить — глаза на безупречном лице немного расширились, а брови поползли вверх.

— Живой? Здесь? Уму непостижимо. Такого не случалось, кажется, со времён Пакта Грозы и Огня...

И тут из двери, из которой совсем недавно вышел я, как назло, появился давешний охранник с «собакой». Псина беззвучно скулила, видимо, получила хорошего пинка от хозяина. Я приготовился бежать или драться, попутно ругая себя на чём свет стоит: тоже мне, боевой командир! Осёл беспечный! Увидел полуодетую женщину и уши развесил!

— Стой смирно, не дёргайся, — внезапно прошептала демоница мне на ухо, одновременно совершая какие-то пассы кистями рук.

— Грахт’эшам, Тари’маат-домиа.

— Саам’кхато, Нергаль, — поприветствовала его моя собеседница, одновременно выставив вперёд обнажённое колено, которое демон, припав к земле, почтительно поцеловал. Я поспешно изгнал из головы мысль, что был бы не против оказаться на его месте.

Из дальнейшего их разговора я ожидаемо не понял ни слова, мог лишь догадываться по интонациям и выражениям лиц. Охранник оправдывался, кого-то винил и что-то требовал. Демоница опровергала все его доводы с усталым презрением. Под конец охранник заскрипел зубами, поспешно поклонился и быстро зашагал к домену. Меня он так и не заметил, как и его «пёс». Демоница сердито сплюнула.

— Надоели, дармоеды.