Абсолют. Том 6

Большая его часть уже не тонула в дикой, неухоженной растительности. Вместо зарослей рядом с повреждёнными домами, чтобы те не рухнули, стояли аккуратные подпорки, а улицы были вычищены и вымыты! Я спрыгнул на каменный тракт, что до этого скрывался под слоем грязи, земли, песка, травы и следов жизнедеятельности монстров. Идеально ровные камни, уложенные стык в стык, между которыми даже травинки нет. Всё ровно, чисто, едва ли не блестит.

Прогулявшись по Дэрсару, я забыл практически обо всём на свете. Радовался, как какой-то мальчишка.

Больше некогда великий город не напоминал руины. Теперь он походил на тот, что выстоял в мясорубке и получил некоторые повреждения. И сейчас дожидается строительных бригад, чтобы залатать свои раны.

— Ты же мой хороший… Сейчас я тебя подлатаю, — восстанавливал я фундамент очень интересного восьмиугольного здания, что выглядело так, будто движется по спирали.

Там камни нарастить, тут блоки вставить, здесь провал в земле выровнять. Я с головой ушёл в работу, даже не заметив, как раскинул божественность вокруг и щупал здания, оценивая их состояние и повреждения.

Сюда закинул сотку божественности, туда две сотни. А там дом почти полностью снесли, разбросав в разные стороны осколки. Окутал сознанием каменные куски, оценил, запомнил и при помощи крайне развитого разума за минуту собрал десятки тысяч мелких и крупных элементов в прообраз здания, что стояло здесь раньше. Как пазлы. Вот и я так сложил. А затем взял и за четыре тысячи семьсот семьдесят единиц божественности восстановил.

На этом месте красовалась клумба, вот тут подвал завалило землёй — расчистить, впитав почву в качестве энергии в Сферу Эволюциониста.

— Ох, а это что? — зацепил раскинутым сознанием какую-то гору осколков и побежал туда. — Ва-а-а-а-ау!

От количества этих “артефактов” захватило дух. Тут речь даже не о магических и чудодейственных предметах. Это искусство, это тексты, это книги, статуи и многое другое. Это — наследие. И здесь мне надо работать в разы аккуратнее, чтобы в точности воссоздать повреждённые предметы искусства.

Собственно, я сразу же и сел рядом с двухэтажной горой неуцелевшего всякого разного, начиная обрабатывать в сознании статуи, барельефы, витражи и прочие следы былых мастеров.

— Лид, ты тут месяц просидеть собрался? Успеешь ещё, — рядом, посматривая на меня оценивающе, появился Синху.

— Я только статую коня доделаю… Хм-м. А тут что, когда-то были кони?

— Уже нет. Только если в качестве мяса.