Точка Бифуркации VII

– А я всё же предлагаю вам пару минут подумать, – добавив стали в голос, бросил я, – потому что альтернатива вас совсем не обрадует, – и следом, встав в метре напротив графа и уставившись ему прямо в лицо, добавил: – Не захотите отдавать один завод – потеряете все три. И нет, я не буду идти на конфронтацию с Белорецкими. Просто вы в течение короткого срока лишитесь сырья, оборудования, ключевых компонентов и возможно даже важных для производства специалистов. Ну и за безопасность этого молодого человека я тоже ручаться не буду.

Как следует побуравив взглядом стоявшего напротив аристократа, я резко смягчился голосом и взглядом, и уже более спокойно продолжил:

– Впрочем, не всё так плохо. Как принимающей стороне, оставляю вам право выбора оружия и условий поединка. Только подчёркиваю, что именно оружия, а не, например, ушных палочек, – коротко усмехнулся я. – И выбирая условия, тоже советую руководствоваться здравым смыслом, иначе откажусь уже я.

– Откажетесь от вами же брошенного вызова? – в тон мне выдавил улыбку граф, думая, что подловил на слове.

– Именно. И накажу его без всякой высокопарной аристократической херни, – следом отмечая возникшее недоумение в глазах Вяземского, добавил: – Не забывайте, я воспитывался улицей и школой, а не благородными родителями. Ваш дом, кстати, не участвовал, случайно, в их смерти?

– Н-нет... что вы... Мы далеки от разборок древних родов, – замешкался граф, изменившись в лице.

– Прошу, – вновь вернув улыбку на своё лицо, произнёс я и, развернувшись, проследовал в сторону большого дивана, расположенного прямо в центре гостиной.

Учитывая, что нигде кроме как в радиусе десяти метров от меня нельзя было находиться в комфорте, так как заполонивший всё в ближайшей округе чёрный дым я никуда не отзывал, Вяземским, чтобы пошушукаться, пришлось оставаться в этой же комнате, просто удалившись в дальний от меня угол.

– Мы согласны, – одновременно с этими словами в центр помещения вышли сразу двое мужчин – отец и сын. – Наши условия: оружие – учебные мечи, – внимательно уставившись мне в глаза, бросил граф, явно сдерживая довольную улыбку. – И ограничение по времени боя – тридцать минут. В случае ничьей, мы готовы выплатить пострадавшим миллион, и на этом мы с вами расходимся без претензий.