Точка Бифуркации VII

Что за трагедия у тебя? Делись, – едко закончил князь свою речь.

Такое начало разговора для Вяземского не сулило абсолютно ничего хорошего. Хорошего, в плане его надежд, конечно же.

– Неверно подобрал слово, Ваша Светлость, каюсь. А что касается моей печали, то это ввиду понесенных потерь в бизнесе. Мальчишка ваш... мы ведь так не договаривались, Ваша Светлость?! – промолвил граф, приправив сказанное эмоцией лёгкого негодования под конец фразы.

– Позволь узнать, как же мы договаривались, Саша? – жестом показав официанту два пальца, произнёс Евгений Константинович и вновь внимательно уставился на собеседника.

– Я ожидал...

– Не то, что ты ожидал. А то, о чём мы договаривались, – тут же спокойным голосом поправил князь.

– Мы договаривались, что Вы повоздействуете на мальчишку. Что поможете решить вопрос с ним... вместо этого он ворвался к нам в дом, вызвал на дуэль моего сына, избил и вдобавок забрал мой завод!..

– И ты считаешь, что с вами обошлись несправедливо? – впервые за время разговора нахмурился Белорецкий.

Вяземский прямо на поставленный вопрос отвечать не решился, лишь, не выдержав, отвёл взгляд в сторону и поджал губу.

– Я тебе сейчас расскажу как все было, а затем мы с тобой вместе подумаем, легко ли вы отделались или же нет, – как ни в чём не бывало продолжил князь и тут же приступил к сказанному. – Сначала твой младший сын сбивает в центре города человека и трусливо сбегает с места преступления. Затем, он и твои люди подкупают моих людей, – указав большим пальцем себе в грудь и сверля взглядом Вяземского, продолжил Евгений Константинович, – целого начальника полиции, между прочим, чтобы те превратили это элементарное дело в какой-то безумный фарс, выставив виновным второго пострадавшего.

Чувствуешь уровень мерзкого цинизма? Тогда я продолжу. Следом, по его же указке, в больнице подкупаются две медсестры, опять же, мои люди, чтобы добить несчастного бедолагу. И после всего этого, когда твоему оборзевшему пацану сломали пару рёбер, а у тебя, незадачливого отца, забрали какой-то завод, ты приходишь сюда чем-то недовольный?

Если и был у графа Вяземского какой-то природный талант, помимо очевидной одарённости к стихии воздуха – то это чувствовать настроение тех, кого он признавал выше себя, и идущее следом умение быстро под него перестраиваться.

– Да уж... и вправду говорят, что со стороны виднее, Ваша Светлость.