Триединый

Если же семья Зангар решиться что-то предпринять… в этом случае у них большой выбор.

— Ахах, — нервно хохотнул я. — Вот как…

Со своими новообретенными умениями в области рукопашного боя я не особо боялся нападения. Меня больше напрягала неизвестность… Ладно, чего переживать раньше времени. Когда припрет — разберемся.

— Это все, что я хотел вам сообщить. Пожалуйста, будьте осторожны, особенно, покидая территорию школы. Вы свободы.

Мэльволия поднялась первой:

— До свидания, директор Краус.

Тот поклонился.

— До свидания, директор.

Мы вдвоем направились к выходу.

Поглядев на деревянный футляр с медалью в руке Фиореллы, я остановился и спросил:

— Директор Краус, а что теперь будет с турниром? Его отменят?

— Почему? — искренне удивился глава школы.

— Ну… все-таки ученик погиб. И трое наших ранены — до сих пор из больницы не вышли. Наверняка будут какие-то запреты, ужесточения…

Краус поглядел на меня с недоумением:

— С чего бы кому-то запрещать турнир из-за такого? — После, неверно истолковав мои побуждения, сказал с улыбкой: — Не переживайте, учащийся Ардисс.

Турнир Доблести состоится и в следующем году. И место в команде нашей школы уже зарезервировано за вами!..

Я хлопнул глазами. Да, этот мир здорово отличается от нашего. Особенно в подобных мелочах. У нас бы точно все моментально запретили и всех наказали.

Вслух же я произнес:

— Спасибо, директор Краус. Я польщен, директор Краус. До свидания, директор Краус.

* * *

Когда мы с Фиореллой шли от директорского кабинета к жилому крылу, я спросил:

— Как ты думаешь, что предпримут родственники Зангара?

— Не знаю, — равнодушно ответила снежная королева.

— Самое очевидное из того, что они могут сделать — подослать убийцу.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — я поежился.

— Такое случается.

— Знаешь, по твоему тону можно подумать, что для тебя это не в новинку.

— Четыре покушения.

— В смысле? Хочешь сказать, что тебя уже четыре раза пытались убить? Ха-ха… — Я осекся, заметив выражение ее лица.

— Ты это серьезно? Без шуток?

— Мне кажется неправильным шутить на подобную тему, — голос Фиореллы даже не дрогнул. — Мой род очень силен и влиятелен. И у нас много недоброжелателей и врагов. На моего отца покушались больше двух десятков раз.

— И что?

— Он выжил. А те, кто посылал убийц — по большей части, нет.

— Те, кто посылал… О-о!.. — Я задумался о хитросплетениях местной политики.