Кейн: Абсолютная сила

У Коршуновых ни осталось практически ничего. Меня куда больше волнует те с кем работал его отец. А презумпцию невиновности у нас вроде ещё не отменили.

— Да, Ваше Сиятельство, — с разочарованием согалсился Владимир. — К сожалению, не отменили.

С другой стороны, он сейчас полностью признавал правоту своего господина. Ведь в конечном итоге их интересовала куда более крупная рыбёшка нежели этот пацан.

И следующие слова Графа Голотова полностью подтвердили это.

— Володя, пусти слух по нашим каналам во Владивостоке о том, что пацан возвращается домой.

Посмотрим, кто на него клюнет.

Михаил улыбался, глядя на то, как машины покинули территорию его усадьбы, увозя внутри одной из них надетую на крючок приманку. Осталось только закинуть удочку.

А рыбачить граф любил.

***

Мд-а-а. Конечно так себе разговор вышел.

Нет, конечно же я понимал, что этот хлыщь собирается использовать меня в каких-то своих целях. Даже примерно представлял, в каких именно.

Только вот позволять подобного я не собирался.

От одной только мысли о том, что кто-то решил использовать меня в своих играх, появлялось стойкое желание съездить этому самому человеку по морде.

Просто и такое доброе. Чтобы потом любое желание отпало.

Корпус никогда не позволял подобного. И не спускал с рук глупых попыток. Потому, что всегда находились идиоты.

Кроме одного нюанса, разумеется.

Дауд, его сестра и подобные им всегда стояли за скобками. Эти божественные задницы ни в одно уравнение не засунешь.

Но, в любом случае, я почти был готов поблагодарить Голотова за тот небольшой подарок, что он сделал для меня.

Материалы в папке действительно оказались весьма и весьма интересными. Теперь я даже начинал понимать, почему отец отослал своего сына подальше, потратив огромное количество средств на то, чтобы устроить парня в академию под столицей. И это при том, что с самого начала было понятно, что, как одарённый, он не представлял из себя ничего особенного.

Батя просто хотел убрать сына подальше от опасности.

Вообщем интересное чтиво дал мне граф.

Оно даже скрасило часть перелёта… но, бли-и-и-ин! Как же долго! Почти восемь с половиной часов полёта!

Зато спустя ещё тридцать минут после посадки, я наконец вышел из здания аэропорта и полной грудью вдохнул свежий воздух.

Владислав Коршунов наконец вернулся обратно в свой дом… ну, не совсем, конечно. Да и дома, как такового, у него практически не осталось. Если я не ошибаюсь, то усадьбу уже совсем скоро должны были отобрать за долги.