Последний Охотник на Магов

– Зачем тебе это, Владимир? Это же такая сложная, скучная тема… Ты же не собрался кого-то этим зельем опоить? – с подозрением спросила она.

– Нет, конечно! Что вы такое говорите, – ответил я. – Просто мой друг напился каких-то зелий и теперь раздаёт всем деньги налево и направо. Не могу понять, какое из них даёт такой эффект.

– Хм, – задумалась Ольга. – Хорошо, я подумаю.

Эскалатор привёл нас на подземный вокзал, где с шумом носились громадные металлические… черви? Как ещё назвать эту длинную штуковину, ползающую по туннелям под землёй? Ах да, поезд.

– Кажется, нам с тобой в разные стороны, – сказал я Лазаревой. – Подумай о моём предложении. До понедельника.

Я попрощался с Лазаревой и пошагал к платформе. Слух у меня всегда был отличный, да и прошлый Белов глухотой не страдал, поэтому мне удалось расслышать, как Лазарева прошептала:

– Какая же всё-таки у него жизненная сила… Ух!

Да уж. Странная женщина. Но иметь в друзьях профессора мне не помешает.

С громким воем у платформы остановился сияющий от магической энергии поезд.

Эта махина вмещала в себя сразу несколько ветвей магии. Некоторые из них даже я не мог отличить. Похоже, современные колдуны-инженеры изобрели что-то новенькое.

Поезд не ездил на колёсах, а парил на магической реактивной тяге. Это позволяло ему летать по туннелям с сумасшедшей скоростью.

До нужной станции я добрался за считаные минуты, хотя проехал при этом практически через весь город. Удивительно, такси стоит дороже, но перемещается медленнее.

Обожаю метро! Даже не смотря на всю эту чёртову магию!

Будь такая штука в немагическом мире, цены бы ей не было!

Я поднялся на поверхность, но идти в особняк Беловых не спешил. С пустыми руками домой возвращаться не хотелось. Я хорошенько напряг память. Сложно покупать подарки, если не знаешь возраста своих родственников. С матерью дела обстояли просто, но вот брат и сестра…

Память прошлого Белова долго сопротивлялась, но я всё-таки докопался до истины. Странно, этот болван знал, как играть в магический покер, но толком не помнил даты рождения своих родственников.

Редкостный придурок.

Серёже Белову было четырнадцать, а Анечке шестнадцать. И больше никакой информации в моей голове о них не было. Ладно, с этим уже можно работать. По крайней мере, не опозорюсь, купив детские игрушки.

Недолго побродив по огромному рыночному зданию, которое современники обозвали чудным названием «Молл» или «Торговый центр», я нашёл всё необходимое.