Последний Охотник на Магов

– А ты что же, Белов, забыл, что ли? – спросил один из охранников. – Забыл, что в прошлый раз поставил на кон свою жизнь?

– Да не может такого быть! Не мог я такого сделать! – не поверил я.

Хотя учитывая всё, что я сегодня узнал о своём предшественнике, тут нечему удивляться. Этот дурак таки лишился жизни, правда, по другой причине. Вот прямо стремился к этому, как погляжу.

Охранник достал из кармана лист бумаги и сунул мне его в нос. На нём красовалась, будь она проклята, подпись Владимира Белова.

– Ага, – пробегая глазами по тексу, сказал я.

А Павел Мясников – тот ещё хитрый лис. Он не упоминал, что бывший Белов поставил на кон свою жалкую душонку. От которой уже и без того мало, что осталось.

И теперь мне понятно, почему он умолчал об этом. В расписке указано, что ставка будет считаться действительной, если я ещё раз появлюсь в закрытом клубе.

И вот – я здесь! Ставки сделаны, господа, ставок больше нет. И не факт, что будут. Видимо, Мясников решил, что мне отбило память в дуэли с Погребицким, и я забыл об этой договорённости.

Ну ничего, это мелочи. И не из таких передряг выбирались. Если вспомнить, сколько раз моя жизнь висела на волоске, пересчитать у всей академии пальцев не хватит.

– Ну, чего встали? – развёл руками я. – Ведите нас к своему главарю. Будем разбираться.

Охранники зажали нас с Николаем с двух сторон и повели в секцию со столами для азартных игр. Жизнь в закрытом клубе бурлила, как кровь огненного мага.

Одни были увлечены азартом, упивались превосходством над проигравшими. Другие целиком и полностью отдавались отчаянию. Отовсюду доносился звон игральных фишек и бокалов с выпивкой. Приятная тут атмосферка, если не учитывать тот факт, что я сегодня сам тут вместо фишек.

Нас усадили за свободный столик, покрытый зелёным сукном.

– Сидеть здесь, – рявкнул охранник. – Я пошёл за главным.

– Пусть пошевеливается! – крикнул я ему вслед.

Бродский ткнул меня в бок локтем.

– Ты зачем их злишь? – прошептал он. – Что тут вообще происходит?

– Не дрейфь,Коль, – ответил я. – Всё идёт по плану. А прогибаться под них не надо. Таким только дай волю – начнут нас крутить — вертеть, как им заблагорассудится.

– Вов, я тебя не узнаю, – не поверил своим ушам Бродский. – Ты уж прости, но мне казалось, что раньше ты Павлу Мясникову был готов пятки лизать.