Последний Охотник на Магов

Видимо, речь о каком-то здании по типу казарм. Ладно, придётся выкручиваться, раз уж начал разговор о возвращении домой.

– Не беспокойся, мам, – проходя в дом, произнёс я. – Решил вас проведать. Где младшие?

– На прогулку ушли и ещё не вернулись, – ответила она, а затем вздрогнула и схватилась за голову. – Ой, да что же это я! Ты ведь, наверное, голодный! Я сейчас тебе что-нибудь приготовлю!

– Не суетись, мам. Я сам себе что-нибудь сварганю. Ты лучше чайку приготовь. Нам нужно поговорить с тобой. С чайком-то разговор куда приятнее идёт!

Мать замерла и посмотрела на меня так, будто видит впервые в жизни.

И в каком-то смысле так оно и было. Остаётся надеяться, что материнский инстинкт не подскажет ей, что в теле далеко не её сыночка. Чёрт, меня даже в мыслях от этого слова коробит.– Володенька, ты как-то повзрослел с прошлой нашей встречи… Всё, проходи на кухню, я за заварочкой сбегаю!

Матушка удалилась в соседнюю комнату, а я прошёл на кухню. Изнутри особняк выглядел ещё хуже, чем снаружи.

Теперь я понимаю, в чём проблема. Род Беловых обнищал. Ни слуг, ни добротного особняка, одна лишь бедная суетливая женщина.

Раз уж я забрал себе тело её сына, нужно будет вернуть должок. Хоть я в этой семье и новый человек, но в беде их оставить никак не могу. Меня с детства учили поступать по-человечески.

Тем более, мать была без магического дара, как я сразу понял, против неё я ничего не имел… Не представляю, как сложно вырастить магов, чтобы они ещё весь дом не разнесли.

Тишину нарушил стук во входную дверь. Из другого конца дома раздался голос матери:

– Это почтальон, сынок! Я открою!

Пока матушка забирала почту, я обнаружил на кухонном столе счета, похожие на тот, что мне выписал таксист.Только числа в них были несоизмеримо больше. Примерно тридцать тысяч рублей долга. М-да…

Если учесть, что за проезд я заплатил десять… Великий орден, да Беловы в долговой яме!Чтобы отработать такую сумму, придётся хорошенько повертеться. Кроме университета, обязательно нужно будет найти хороший источник доходов.

Я мог уйти… Выйти и закрыть за собой дверь, чтобы больше не вернуться. Тогда бремя ответственности не легло бы на мои плечи. Но… не мог. Не только из-за своей принципиальной позиции. Вместе с памятью Белова мне достались и тёплые чувства к этой женщине.– Сынок… – медленно заходя в кухню, позвала меня мать.

Если до этого она выглядела болезненно, то сейчас на женщине совсем лица не было.