Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

Большим пальцем приподнял аффикс арбалета, под ним стояло клеймо с дварфийской цифрой три. Круг, символично изображающий Титана, да три острия в разные стороны. Понятно, значит — трёхзарядный. Искусная подделка, что поставляют особой страже Костеграда гномы, живущие в Синих Горах.

Я встряхнул его: «Крепкий!», ещё раз пробежал по гладкому дереву взглядом и закрепил за спиной — сидит идеально. Согнулся. Присел. Движения не стесняет — «то, что нужно». Взял свою сумку охотника со спинки кресла и вышел из помещения.

Ко мне подошёл слуга дома графа Феанота. Если обратить внимание на его манеру держаться, то ему, должно быть, никогда в жизни не приходилось покидать замок. Он шёл по коридору, перед собой сжимая кулак. Я не понимал этих манер. Одно дело, когда ты держишь руку, защищаясь от тварей покрова, а другое… «вот это».

— Охотник, вы уже проснулись? — он думал о чём-то своём, поэтому столкнулся со мной нос к носу в дверях: «Какая беспечность! Хотя, с другой стороны, может быть, мы потому и существуем, чтобы защищать таких, как он.

Тех, кто не может постоять за себя». Я оглядел его с ног до головы: «Выставь его в этом кафтане на манеж против того же Ульриха, бой закончится сразу. А рыцарь даже не пощадит столь неопытного противника. Интересно, может ли он одолеть гончую? Да, нет же! Куда ему!»

Его глаза заметались, встретившись с моими. Что он в них прочитал, для меня было загадкой. Голос слуги дрогнул:

— Граф Феанот ждёт вас. Пройдемте. — Он помахал изящной, тоненькой ручкой в белой перчатке, приглашая меня вежливо следовать за ним.

Развернувшись на каблуках так, что даже заставил полы своей одежды взвиться вверх, слуга, отбивая ритм каблуками, направился по коридору в нужную сторону.

— Думаю, что ты не смог бы убить даже пероотля! — крикнул я ему в след. «О! Это было бы страшное оскорбление. Если бы я сказал его Сиру Виммалю Янисо, то он вызвал бы меня на дуэль. Даже мальчишки Ордена могут сразить самого ничтожного выродка от низшей твари покрова.

Что уж говорить о матерых воинах, вроде белого рыцаря. Бирюльки, платье и белый воротничок… Тьфу! Как в этом драться!?»

— У нас у всех своя работа, охотник. — Но этот тип даже глазом не повёл. Человек вежливо обернулся, поднял руки и сложил их в каком-то особом жесте, взявшись за краешки своих манжетов.

—Что это? Магия? — покосился я на необычный жест. «Может быть, он придворный маг, просто с причудами?» —подумал было про себя я.