Акедия: Путь Духов. Том II.

Есть только я – и он. Мой враг, которого нужно побороть. И поможет мне в этом то, что поле битвы – моя душа, а не его.

Страх порождает ненависть.

Ненависть влечёт за собой гнев.

Гнев вспыхивает, словно спичка.

И превращается в ярость.

Обуревающие меня эмоции переплетались, объединялись, исходили одна из другой – и давали мне силу. Силу, достаточную для того, чтобы подавить мстительного духа. 

Я, утробно зарычав, вырвался из чьих-то рук и упал на пол, тут же попытавшись подняться. Ноги дрожали и плохо меня слушались, а рука так и вовсе висела безвольной плетью, но всё это для моих целей было излишним.

Мне не были известны ритуалы, при помощи которых можно было оказаться в своём внутреннем мире, и потому единственным вариантом было потерять сознание. Но не от обуревающей тело боли, а от внешнего воздействия. 

- Выруби… меня… - Прошептал я, посмотрев на расплывчатый силуэт шамана-наблюдателя, решившего, похоже, доставить меня в медицинское крыло. – Лиши сознания! Быстрее!

Шаман, чуть помешкав, вскинул руку – и мир погрузился в темноту.

Погрузился лишь за тем, чтобы спустя секунду расцвести по-новому.

Простирающаяся от горизонта до горизонта водная гладь, на которой я стоял, словно на твёрдой земле, и вздымающиеся к безоблачным небесам мраморные колонны, местами покрытые трещинами – таким оказался мой собственный внутренний мир. Очень похожий на место, в котором я впервые увидел Акедию, но всё-таки совсем другой. Не чей-то ещё, а мой и только мой. И здесь я – хозяин, способный выпроводить пробравшегося в чужой дом гостя.

Приятная тяжесть и ощущение впивающейся в кожу обмотки рукояти обозначили появление в моей руке гигантского меча. Он ощущался ровно так же, как и шестидесятикилограммовый четыре месяца назад, но я знал, что в нём скрывается сила намного большая.

Воплощение моей воли и духа – вот, чем был этот клинок. 

Я поднял хмурый взгляд на замершего в сотне метров человека. Мужчина лет сорока, чью внешность пусть и с натяжкой, но можно было назвать эксцентричной.

Тёмные волосы, по большей части сокрытые под капюшоном иссиня-чёрной мантии, глаза с серебристой радужкой, изогнутый, словно клюв, нос и тонкая линия скривившихся в презрительной ухмылке губ – таким был вторгшийся в мою душу дух. 

То, что я ничего не знаю о своём противнике – проблема, ведь он за эти дни должен был изучить меня от и до. Но был ли он достаточно силён для того, чтобы вот так просто поработить мою душу?

- Убирайся.