Основание. Пятый пояс

— Сегодня, — я улыбнулся. — Мне особенно интересно, глава Знающих, что ты расскажешь мне о сегодня.

Озман поджал губы, прищурился, впившись в меня взглядом. Это длилось вдохов десять, пока он не разжал губы, начав говорить:

— Повторюсь, вы не безумец, глава, в вас нет и ярости Зверей, а для тех же Демонических Форм вы слишком умны. Сегодня вы раз за разом обостряли разговор, упорно и последовательно ведя всё к одной цели. Вы очень и очень хотели, чтобы орденцы оскорбились и ушли. Вот что было вашей целью.

— А ты считаешь, что мне нужно было забирать их всех?

— Я советник лишь на словах, глава.

Я тот, кто приносит вам слухи, новости и знания. Решать вы должны сами или пользуясь советами другого советника. Насколько хорош я в добыче знаний, настолько же плох в советах.

Я заметил:

— Как по мне, то ты чересчур сильно принижаешь себя. Но не беспокойся. Советник сегодня прибыл, я вас познакомлю чуть позже. Сейчас же я хочу услышать твоё мнение, Озман из Знающих.

Он помолчал, а затем качнул головой из стороны в сторону:

— Нет.

Вы не должны были забирать их всех, глава. Как по мне, вы прошлись по грани, оставили себе именно столько, чтобы не привлечь к себе излишнего внимания верных Императору людей, так, удачливый выскочка, сумевший урвать себе немного остатков… — Озман говорил это всё медленней и медленней, а затем и вовсе замолчал.

Я так же молча наклонил голову к плечу, не понимая, что с ним. Печати в порядке, равномерно светятся, даже не думая вспыхивать.

Озман вдруг выдохнул:

— Вы забрали их всех.

Вы забрали их всех, глава, — он снова подался вперёд, на этот раз с каким-то восхищением вглядываясь в меня. — Вы не хотели брать их всех, изо всех сил пытались с ними поссориться. Всерьёз, а не делая вид. Но у вас не вышло сделать это во дворе, а затем…

Озман выпрямился, огляделся. Мы сидели под двумя формациями в том же самом многострадальном зале. Его пытались привести в порядок, но свежий пол на месте уничтоженного бросался в глаза, как и прочие следы вроде той же пыли и прочего.

— Это не просто недопонимание или выражение недовольства, как выставили это олухи из рабочих, — выдохнул Озман. — Это почти что полноценная схватка, когда обе стороны вынужденно ограничивали свои возможности. Здесь вы заполучили верность их всех. Или почти всех. Что вы могли сказать для подобного, что вы могли сделать орденцам Небесного Меча, которые половину столетия фанатично пытались искупить вину своих старших? — он обернулся на меня.