Варленд: Время меча

– Молчи, глупец! К чему слова, если под утро всё равно лишишься головы? Какая ещё другая? Не думай о ней. Сегодня я твоя богиня.

– Ты мыла руки? – пробубнил в пальцы князь.

– Я твоя последняя капля жизни! – стояла на своём амазонка. – Насладись ей и… умри на рассвете.

– Мне некогда умирать! – вывернул голову князь. – Тем более на рассвете. Владыка взял Мидрид. Придёт и сюда. Его тёмная длань сожжёт дотла вашу деревню и перебьёт всех, кто ещё жив.

Амазонка уже тёрла о его бедро, и князь быстро понял, что под её набедренной повязкой ничего нет.

На коже оставался мокрый след, как будто по бедру ползла улитка.

– Какой ещё Владыка? – глаза незнакомки-пленницы заволокло дымкой похоти. – Не мели чепухи! Наш лес неприступен. Сотни лет никто не суётся в нашу деревню. Твоя судьба умереть в моих объятьях, драконоборец.

– Зачем?

– Затем, что боги послали тебя ко мне. Прими это, как должное и смирись со своей судьбой.

– Это боги тебе сказали?

– Это говорю я! Твоя богиня на одну ночь! – возмутилась амазонка.

Андрен тряхнул головой, окончательно избавляясь от ладони, наваждения и мелкой подлой части в его существе, которая расслабилась и стала принимать её ласки и слушать голос на ушко.

Со стороны левого уха стоял жар.

«Оттуда вот-вот пахнёт палёным!» – невольно подумал князь.

Негодованию янтарной серьги не было предела.

Не желая лишиться уха, Андрен Хафл поспешно пробормотал:

– Твои действия расходится с моими планами.

Поверь мне, моё сердце принадлежит другой. Я уверен, ты ещё найдёшь подходящего тебе избранника. В твои-то годы. Сока в тебе много, много и безумных идей. Но не мне, а тому избраннику тебе лучше смело отрубать голову после исполненного долга. От него, а не от меня, тебе стоит носить сына или дочь. А меня не трогай. Посмотри на мою серьгу. Это помолвочный солнечный камень. Я обручён. У меня своя судьба. Не гневи богов… Отпусти.

Лицо амазонки исказилось. Засапожный нож в один момент оказался у шеи!

Лезвие прошлось по коже, оставляя кровавую полосу.

Надави чуть больше и перережет ярёмную вену.

Андрен тяжело задышал. Пока лишь редкие багровые капли потекли по лезвию. Но что эта мелкая боль, если ухо стало сплошным центром невыносимо-обжигающего ощущения тепла и боли?

«Пора становиться серьёзным», – прикинул князь.

Зелёные глаза недобро блеснули. Лицо Андрена Хафла посуровело.

Часть первая: "Приморье".