Кач. Из небытия в бытие

— «Она же не такая дура, чтобы все деньги спустить на зависимого от стероидов абьюзера? Который её и кинул, в конце концов. Оставил умирать. Четыре года, она сказала? Это либо полное помешательство, либо любовь».

Заказали такси. Марго назвала водителю адрес и сказала, как доехать. Остановились они минутах в пяти от бара,

— Такие правила, — сказала она. — Лысый х[censored]р боится за свою нору больше, чем за свой… э-э, х[censored]р?

— Какой план? Как кого зовут, с кем я должен говорить?

— Начальника зовут Рустам, он такой чернявенький низенький гном-уродец.

С ним всегда сидят всякие дамочки непонятные и его забулдыги-балки, их можно не запоминать. Я начинаю говорить, ты выкладываешь план. Оба надеемся, что кокс у него сегодня был хорошим.

— А мы не сможем после конца всей это истории их как-то заложить?

— Думаешь, что милиция обо всём этом не знает? Не сомневаюсь, что они у Рустама в кармане.

Спорт-бар «Русалка» был отделан в лучших традициях треш-заведений начала века: с лепниной в форме обнажённых дев, смешанными в неравных пропорциях розовым, зелёным и красным цветами, двумя ионическими колоннами у высоких дверей.

Входя в «Русалку», посетитель ощущает себя, как сумасшедший в маниакальной фазе, которого по голове ударяют звуки игральных автоматов, ор комментаторов боёв с телевизионных экранов, вопли посетителей и барменов.

Марго и Артур прошли (и проехали) через забитую залу до небольшого закутка с закрытыми чёрными занавесками.

Марго сказала скучающему охраннику в спортивном костюме, что она зашла поговорить с начальником по вопросам перед боем.

— Никаких разговоров. Всё важное вы должны были обсудить перед дракой.

— Да, но у меня очень важный разговор, — вкрадчиво произнесла Марго.

— Нет, правила есть правила.

— Парень, ты е[censored]? — она ладонью ткнула в Шопенгауэра. — Ты думаешь я сюда приехала с парализованным, потому что мне это прикольно?! Наверное, у меня что-то произошло достаточно серьёзное, чтобы доложить об этом Рустаму?

— Чо?! Его что, парализовало?

— Я замечу, — возмутился Шопе, — что я не парализованный.

В плане…

— Да-да, дорогой, короче, мальчик, пусти нас. Немедленно.

Марго была убедительной до такой степени, что сказать охранник ничего не успел, как она отпихнула его, взяла Шопе за плечо и потащила его за собой.

Они спустились по пошарпанной винтовой лестнице, которая далась Шопе с немалым трудом.