Реванши́ст

Не станет его, и об относительной безопасности можно забыть.

Нужно что-то делать.

Жан пришел в себя на следующее утро.

Выглядел он так, как и положено человеку, разминувшемуся со смертью в пару минут: посерел, осунулся и разом утратил свою веселость. Морщины на лице углубились, а глаза, обычно искрящиеся лукавством, потускнели. Вместо приветствия он только попросил пить, и Андрэ дал ему кружку. Выпив три таких разом, жадно глотая и проливая воду на свою изношенную рубаху, старый солдат только благодарно кивнул.

За всю жизнь он так и не научился нормально благодарить людей, так что для верности повторил жест, слегка поморщившись от боли в шее.

— Где мы? — прошептал Жан, оглядывая незнакомую комнату сквозь полуприкрытые веки.

— О, вижу, вы проснулись, — произнес вошедший аптекарь и улыбнулся, демонстрируя ряд крепких белых зубов.

Вошел он тихо, словно кошка, так что Андрэ его не заметил до самого последнего момента. Повернувшись на голос, паренек не мог не заметить, что выглядел хозяин сейчас куда лучше, чем прошлым вечером.

На нем была чистейшая сорочка, без единой складки, недурной сюртук из темно-серого дорогого сукна, а еще весьма доброе расположение духа, сквозившее в каждом движении. И хотя лицо его было все еще усталым, но он казался весел.

— Как чувствуете себя, солдат? — произнес он это таким тоном, что у старика внутри все похолодело. В голосе аптекаря звучали нотки, которые Жан слышал лишь у тех, кто знал о нем больше, чем следовало.

— Определенно бывало и лучше, — Гурат приподнялся на лежанке и взглянул на нового собеседника, стараясь не выдать своего беспокойства.

— А вы, простите, кто?

— Я хозяин аптеки, куда этот смелый юноша притащил вас. Смею заметить, в последний момент! — в голосе у хозяина звучало неподдельное восхищение. — В вашем возрасте такое пренебрежение здоровьем — почти преступно, мой друг. Подумайте, что могло случиться, если бы он не успел.

Мужчина похлопал парня по плечу, и Андрэ невольно выпрямился от этого жеста.

— Да, я что-то такое припоминаю, — Жан взглянул на аптекаря спокойно, но строго, пытаясь прочесть что-то в его лице.

— Хотя и не понимаю, как такая сущая царапина едва не свела меня в могилу. — старик вдруг замолчал. — Чувствую, что вы дали мне порох.

— Да, нашел на вашем теле отметку пороховика, так что начал с классики. «Розовой крови» у меня нет, уж простите, а вот «Слеза грешника» всегда водится.

Старик недовольно подвигал языком, словно найдя что-то горькое на нем.