Апология Чистого Разума

Первая серая туча, похожая на вытянутую многоножку, медленно, но верно наползала с севера. За ней вдогонку ползли еще несколько, что недавно показались на горизонте.

Актеон с кислым выражением лица убрал подзорную трубу. Если так пойдет дальше, то шторм застанет каравеллу в море.

— Никаких признаков жизни. — Сказал Зак, держа в руке глиф жизни. Символ «Ци» на нем изливал мягкое зеленое свечение.

Двадцать тел, выложенных в один длинный ряд, завернуты в белый саван из парусины. Окинув их взглядом, Актеон поставил точку:

— Тогда концы в воду.

Всех за борт. Выполняйте.

Актеон скрылся за дверью, что вела под палубу.

«Дверь поставили на место как-то криво» — в мыслях отметил он.

Среди офицеров наступило молчание. Некоторые начали переглядываться.

Йем подошел к телу, лежащему с края правой стороны. И, с пыхтением взвалив его себе на спину, произнес:

— Вам всем необходимо особое предложение?

После этих слов молчание прекратилось. Офицеры нехотя начали исполнять приказ капитана.

Наверное, каждый ждал от кого-то первого шага.

При падении в воду раздался громкий плеск воды и бульканье.

— Может, покойников оставили в доспехах не по магистратскому уставу, а просто потому, что так они быстрее пойдут ко дну? — задался Зак. — Без лишнего груза они бы все всплыли…

— И что? — глядя за борт, спросил Йем.

— Ничего…

Следом за первым трупом последовало еще два.

— Я пас. — Заявил Хуано и уселся на низкий табурет. Рыжая шевелюра и густые бакенбарды до самого подбородка окаймляли его лицо.

Он не сводил с Йема пристально-гневного взгляда.

К офицерам, сбрасывающим тела, в течение нескольких минут присоединились и другие. Те немногие из матросов, что несли службу на палубе, частенько косились на всю эту процессию. И с плохо скрываемым отвращением отводили взгляды или подавленно опускали их в пол.

В стороне остались только Хуано, Зак и Хэнрико.

Первый демонстративно уселся на низком стуле и бездействовал из принципа, известного только ему.

Хэнрико отыскал более-менее свободное пространство на палубе, сел, поджав под себя ноги, и стал читать Смертвенные мантры. А Зак не сдвинулся с места. Судя по отрешенному взгляду, он впал в прострацию.

Вытянутая серая туча заслонила собой солнце. Вокруг заметно потемнело.

Когда Йем брался за очередное тело, Хуано крикнул ему:

— Вот ты и дошел, наконец, до него. Смотри-ка, Йем, это тот, кого смерть выбрала вместо тебя! Это Шон, если ты все ещё не понял.