Конан и странный чародей.

А то стыдно даже перед чародеем — не то, что перед самим собой!

Никакой чародей, разумеется, при выходе из хижины не обнаружился: ещё бы! Конан уже понял, что тот трусоват, и в открытый бой вступить лично — просто не осмелится.

Чтобы помыться пришлось спуститься в дальний конец долины: там берущий в её противоположном, верхнем, конце, ручеёк, образовывал настоящий маленький пруд.

Когда Конан, скинув пояс с кинжалами, штаны и сапоги, влез в воду, вокруг него расплылось безобразное чёрно-коричневое пятно.

Он брезгливо отодвинулся подальше: на чистое место. Окунулся. С наслаждением протёр себя руками: до чего приятно чувствовать, как растворяются и отлипают комья и грязь, в которую превратилась от его же пота пыль! Варвар снова, уже надолго, погрузил в воду голову — чтоб окончательно вымыть из смоляных жёстких волос всю труху и землю.

Когда вынырнул, обнаружил, что от пояса с кинжалами, меча и одежды, его отделяет фигура в чёрном плаще: маг собственной персоной!

Конан долго ничего не говорил, и даже из воды не торопился вылезать, так и оставаясь стоящим в пруду по грудь.

Зато лицо мага, отлично освещаемое предзакатным солнцем, изучал пристально: точно! Этого мерзавца он раньше где-то!..

— В Бритунии, Конан, в Бритунии. Ты тогда убил моего учителя, Великого Упсалу. За что тебе, кстати, большое спасибо. Потому что под старость лет эта сволочь стала раздражительной и нервной. Меня, как ученика, колдун тогда гнобил и унижал особенно сильно.

А уж как чародей боялся тебя!.. Кто-то там, какой-то древний дух, обитавший в его магических предметах, нагадал, что он погибнет от рук сурового северного воина с огромным мечом. И что даже всё его наследие будет уничтожено — тем же северянином.

А поскольку я не без некоторых, — маг позволил себе невесело и криво ухмыльнуться, — оснований считаю себя наследником Упсалы, естественно, что я тоже имел причины бояться тебя! Поэтому — уж не взыщи.

Я убью тебя.

Конан молчал, выжидая. Ну вот не может такого быть, чтоб маг не приготовил на прощанье чего-то этакого. Оригинального и пафосного. Позволившего бы порисоваться.

Хотя бы перед самим собой!

Все они этим грешат!

И точно. Маг, видя, что варвар не отвечает, спросил:

— Может, последнее желание? Женщину? Вкусный обед? Кувшин вина?

— Пожалуй. Насчёт кувшина доброго вина — хорошее предложение.

— Без проблем.