Змеиный медальон. Часть 2. Сердце Майнандиса

Голова почти не болела, но горло было как наждаком ободранное.

Он присел на корточки. Понюхал прозрачную жидкость в кружке — вода. Зачерствевший ржаной хлеб проглотил в один момент. Живот заурчал, требуя ещё. «Нету, приятель, — шепнул ему Кешка. — Мы с тобой не на курорте».

Он встал на цыпочки и подпрыгнул, пытаясь достать до окошка под потолком.

В затылке тяжко бухнул молот, голова закружилась.

Ладно, не всё сразу.

День тянулся бесконечно. Никто не приходил, чтобы проверить узника или принести ещё еды.

Кешка лежал, сжавшись в комок. Иногда проваливался в дрёму. Просыпаясь, чертил пальцем на полу рисунок змеиного медальона, пытался расслышать в себе доминанту, или перекатывал на языке слова ночного визитёра. Как там? Ки диалос, каренч… Если он запомнил эту абракадабру, значит, в голове что-то осталось. Надо только дождаться, когда уймётся боль.

Парашу узнику не поставили. Пришлось мочиться в углу прямо на пол.

«Дева, дева, перстень белый…»

Эта песня не с Земли, точно.

Не от лесных людей Захотимья. Не из придорожных таверн Майнандиса. И не от комедиантов Польхи.

Самонадеянный дурак! «Ты думал, пара трюков, перенятых мимоходом у старой лесной ведьмы, сделали тебя всемогущим?» — спросила бы Мара. В Майнандисе тоже есть магия, и настоящие колдуны, и книги, вобравшие опыт поколений, и учителя, которые передают эти обобщённые знания другим… Ведьм казнят, простых горожан, уличённых в волшбе, стращают браккарийцами, но «гончие псы» с колдовским нюхом в открытую выслеживают преступников.

Не для всех магия под запретом.

«Дева, дева, я не смелый…»

Существуют чары, скрывающие людей от других магов. Или от выскочек, вообразивших себя магами. Но чары тоже должны как-то звучать. Если ментальный Эфир подобен радиоэфиру, то эта волшебная маскировка — что-то вроде помех. А помехи — это шум, их слышно. Может, он и слышал что-то, только не понимал — что? Пустоту. Слабый треск.

Песню в голове. Песню ниоткуда. Мог бы догадаться, идиот.

Но в чём источник магии? В самом мире вокруг, пронизанном тонкой субстанцией Эфира? В артефактах вроде медальона? В человеческом мозге?..

Да пребудет с нами Сила.

Кешка горько усмехнулся.

Мара сказала: «Позволь себе поверить».

— Мара, где ты? Мне очень нужна твоя помощь!

Он замер, прислушиваясь…

Балбес, ты и правда ждал, что она ответит?

Ты ведь и сам знаешь, что делать.