Змеиный медальон. Часть 2. Сердце Майнандиса

Кто бы мог подумать, что столичная вдовушка, театралка, тонкая штучка выберет косматого татуированного варвара! Девчонкой она ему в дочери годилась. А старухой… не в матери уже — в бабки. И вот поди ж ты, жмутся друг к дружке, как влюблённые школьники.

Когда Кешка вышел к их костерку, оба враз замолчали. Скуловорот потянулся за мечом. Тут же остановил руку, но смотрел, не говоря ни слова, тяжёлым взглядом, будто зверь из засады.

— Что, и вы меня осуждаете? — спросил Кешка с вызовом.

Кинган ответил не сразу:

— Даже если ты и вправду король, а я, уж прости, не очень в это верю, взять Киту с горсткой детишек тебе не удастся.

Кешка перевёл дух. Слава богу, хоть кто-то сохранил рассудок. На всякий случай уточнил:

— Что такое Киту?

— Королевский дворец, — голос Пиамы шелестел, как песок.

— Смолоду, — заговорил Скуловорот, — я подвизался наёмником в вольных городах юга. Когда Табагаш позвал меня в свой отряд, я чуть не лопнул от гордости. Бойцы у него были всем на зависть — умелые, отчаянные. Три сотни клинков, и каждого он отобрал лично.

Потом началась Война за наследие. Нас наняли сторонники мальчишки Питнубия, или кто он там. Платили вчетверо против обычного. На подступах к Сипре к наёмным отрядам примкнули слуги Шалаоха. Лучших воинов я не видел. Они пронеслись по полю, как чёрный смерч, устилая землю трупами…

Кешка присел у костра, протянул руки к огню. Языки пламени трепетали, рождая видения: воронья стая браккарийцев с кровавыми клинками, ряды воинов, рослых и гривастых, как Скуловорот, против… Тут Кешкино воображение дало сбой — он ни разу не видел королевских солдат.

Потом, наверное из-за мушкетёрских шляп наёмников, их место заняли гвардейцы кардинала, а битва представилась чем-то вроде осады Ля-Рошели в дыму от выстрелов пушек и мушкетов.

— …Королевские войска отступили. Нам дали ночь на разграбление предместья Майтэн, с условием, что, войдя в Сипру, мы не тронем горожан. «Кровавые псы Табагаша» — не послушницы из обители Девы-Матери, своего мы не упустили, но то, что браккарийцы творили с жителями Майтэна, заставило нас содрогнуться… Нашим нанимателем был вельможа из приближенных старого короля Зайдувиара.

Табагаш сказал, что пойдёт к нему и разорвёт контракт. Но половина отряда взбунтовалась, Табагаша подняли на копья. Новым командиром стал Храз, один из сотников. Тех, кто хотел уйти, отпустили. Остальные стали личной стражей нового короля. Они носят красные плащи и шлемы в виде собачьих голов с оскаленными пастями.