Последний мир. Первая смерть.

Это было нормально, во всяком случае про печать, которая должна служить защитным барьером в первые минуты переноса, мне было известно, со слов деда.

Поэтому я не стал её изучать, а перевёл взгляд дальше.

Зелёная трава, несколько небольших деревьев тоже с какой-то слишком ярко-зелёной листвой и больше ничего. Я не заметил ни насекомых, ни птиц со зверьми. Вглядевшись вдаль, увидел небольшое поле, а дальше лес, обычный, ничем не выделяющийся.

Единственное, что сразу вызвало у меня чувство отчуждения, это отсутствие звуков, которые всегда наполняют любое место, где есть жизнь.

Переведя взгляд вверх, я увидел голубое небо, с редкими маленькими облаками, но что немного удивило, не нашёл и намёка на солнце или наличие какого-либо другого светила.

И хоть источник света определить не удалось, всё вокруг утопало в солнечных лучах так, как будто сейчас середина дня и солнце стоит в зените.

Закончив осмотр места, куда попал, и не обнаружив прямой угрозы, я перевёл взгляд на себя.

К этому моменту я приподнялся на локтях, но в такой позе долго находиться не очень удобно, особенно учитывая, что на мне отсутствовала какая-либо одежда, поэтому я решил для начала сесть.

Чувствовал я себя на удивление отлично и выполнил задуманное практически мгновенно и без усилий. Однако когда опирался левой рукой о землю, ладонь на ней неожиданно кольнуло болью.

Лишь после этого, я обратил внимание на то, что до сих пор сжимаю в руке металлическое сердце. Вся одежда, кольца и любые другие предметы, которые находились на мне, не перенеслись.

Раскрыв кулак, я вгляделся в подарок деда, по которому растекалась моя кровь из небольшого пореза на ладони.

Мне вдруг захотелось разрушить окружающую звенящую тишину. А то даже в нашем мире, где природа подавлена человеческой цивилизацией, в каком-нибудь парке шума будет побольше, чем тут.

— Так, если я правильно помню, моя кровь и должна его активировать.

Стоило мне это произнести, как предмет в моей руке слабо засветился и начал впитываться в кожу, формируя что-то вроде татуировки.

Сказать, что это не произвело на меня впечатления, точно нельзя, но в ужас я не впал, лишь вздрогнул и продолжил смотреть, чем всё закончится.

Моё относительное спокойствие было вызвано двумя факторами. Во-первых, дед говорил о том, что примерно так всё и произойдет.