Кодекс Крови. Книга ХI

А уж это он хотел увидеть своими глазами.

Акио перешагнул через рассечённые трупы охраны Его Императорского Величества. Ворота имения были распахнуты стараниями племянницы Акио, упростив задачу нападавшим.

«Алая кровь на белоснежном снегу… символично. Об этом стоит написать хокку, списав всё на красную оспу», — успел подумать князь Аканезуми, поднимаясь по деревянным ступеням на второй этаж, где располагались покои императора.

За ним по пятам следовали маг смерти и самураи. Исполнителей оставлять в живых никак нельзя было.

В памяти оставались все свидетельства триумфа: выбитые двери осквернённой опочивальни, шёлковые расписные ширмы, колышущиеся от ветра из открытых окон, сбитые простыни на едва остывшем ложе и тела императора и его девятой жены, невидящим взором уставившиеся в деревянные балки потолка. Вокруг его политического врага растекалась лужа крови.

Акио не поленился самостоятельно проверить пульс у тел и после отдал приказ магу смерти:

— Перепроверь.

Тот склонился над телами в шаге от триумфа Акио и вдруг поднял на заказчика хмурый взгляд, раздвоившись.

Князь Аканезуми не успел запаниковать, у него побелело в глазах, желудок свело в болезненном спазме, и Акио вывернул скудный завтрак себе под ноги. Его бросило в жар.

— Воды-ы-ы, — прохрипел он, пытаясь нащупать за поясом универсальное противоядие.

В трясущиеся руки племянница вложила фарфоровую чашку и тут же с криком отпрянула от него.

— Что?! — не мог сфокусировать взгляд Акио, чтобы понять причину страха племянницы. — Что там?

— Оспа! Спаси и сохрани нас, Мышь Лесная! У него красная оспа!

Князь не успел возмутиться, что заразиться попросту не мог, как на его теле стали надуваться нарывы и тут же лопаться, разбрызгивая розовую сукровицу вокруг.

Самураи с ужасом смотрели на собственного господина. Закон предписывал убивать и сжигать всех заболевших, но клятва служения…

— Убей его! Я оплачу! — услышал он истеричный крик племянницы, прячущейся за спину пришлому магу смерти. Акио попытался поднять руки с чашкой и глотнуть воды, но сознание окончательно сдалось болезни.

***

— У него оспа! Оспа! Нам всем конец! — истерил на ухо император, Тэймэй вся напряглась, испуганно глядя на умирающего врага.

— Нужно уходить! — взвинченным от нервов голосом отозвалась тётка жены.

— Миша…

— Молчать! — огрызнулся я, укладывая самураев, предательницу и мага смерти поспать.